— Если, конечно, я не помешаю, — проговорил он, бросив прямой взгляд на Николая.
Николай усмехнулся и с раздражением вонзил щипцы в раскалённые угли.
— Гостей, как говорится, всегда ждём с радостью, — произнёс он холодным тоном. — Всем места хватит.
— Вот это неожиданность! — попыталась разрядить обстановку Галина. — Проходи, присаживайся. Сейчас чай налью. Ты ведь наверняка устал…
— Благодарю вас, Галина, — Данил аккуратно опустил Надю на землю. Девочка сразу же вцепилась в его ладонь, словно опасаясь новой разлуки. Оксанка подошла ближе.
— Мог бы хотя бы предупредить… — прошептала она с упрёком.
— А меня кто-то ставил в известность о планах этой поездки? — так же тихо отозвался он.
Она ничего не ответила, лишь покачала головой и отошла к столу. В воздухе повисло напряжение.
Данил занял место за столом; Надя устроилась у него на коленях. Галина подала ему чашку чая.
Николай тем временем закончил возиться с мангалом и тяжело опустился в кресло напротив зятя.
— Ну что там у тебя в виртуальных просторах? Цифры бегают? — поинтересовался он с плохо скрытым сарказмом.
— Всё по-прежнему, Николай, — спокойно ответил Данил. — А у вас тут реальность вполне себе вкусно пахнет. Шашлык просто изумительный аромат даёт.
— Ага! Это тебе не кнопки нажимать. Настоящее мужское занятие: огонь да мясо!
Данила охватило раздражение, но он сумел сохранить самообладание. Он приехал сюда не для того чтобы спорить.
— Знаете что, Николай… — произнёс он твёрдо и посмотрел тестю прямо в глаза. — Я тоже умею обращаться с мангалом. Отец меня учил ещё давно. Если потребуется помощь — обращайтесь.
Тот удивлённо хмыкнул и промолчал. Вечер тянулся медленно и тяжело.
Разговоры были натянутыми: перескакивали от обсуждения погоды к новостям; комментировал их исключительно Николай.
Оксанка выглядела напряжённой и почти не говорила ни слова. Данил понимал: его внезапное появление стало для всех неожиданностью. Но сожаления он не испытывал.
Позже вечером он уложил Надю спать наверху и спустился обратно вниз в гостиную. Там Оксанки уже не было.
На кухне посуду мыла Галина; Николай сидел один с газетой в руках, но Данил заметил: тот вовсе не читал её – взгляд был рассеянным и устремлён куда-то вдаль.
— Николай… — начал мужчина решительно и немного нервно. — Я понимаю: мой приезд оказался неожиданным для всех… Но мне нужно кое-что сказать вам лично.
— Раз уж приехал – говори, — тесть медленно опустил газету на колени.
— Мне кажется… между нами возникло недопонимание… Я никогда не пытался занять ваше место рядом с Оксанкой или учить вас жизни… Но я всё-таки муж вашей дочери… И отец вашей внучки… И я хочу быть частью этой семьи… Не временным гостем или помехой… а настоящей частью… Мне больно чувствовать себя чужим здесь…
Николай долго смотрел на него пристально; взгляд был тяжёлым и пронизывающим до глубины души.
— Ты правда думаешь… это я тебя отодвигаю? — наконец спросил он негромко.
Данил нахмурился:
— А кто же ещё?
Тесть прищурился:
— А ты хоть раз задумался над тем… почему Оксанка ни разу даже намёком не предложила тебе поехать вместе?
Эти слова повисли глухим эхом между ними. Данила словно парализовало – раньше ему такое даже в голову не приходило… Он всегда считал виноватым только тестя…
— Она… она говорила мне только одно: что вам со мной неудобно находиться рядом… — пробормотал мужчина растерянно…
