— Я не об этом. Речь о том, что теперь она требует, чтобы я полностью ее содержала. Постоянно. Хотя здорова и вполне способна работать. Я отказалась и предложила ей обратиться к тебе.
Выражение лица мужчины резко изменилось — расслабленность сменилась тревогой.
— Ко мне? Ты в своем уме, Оксана? У меня же двое детей, ипотека! А ты одна, тебе проще справиться!
— Слышала уже это, — холодно заметила сестра. — Но давай разберемся по фактам. Ты получил от Ганны большую часть отцовского наследства — за счет разницы в стоимости квартир. Последние пять лет она ежемесячно пересылала тебе часть своей пенсии. Я это знаю точно: сама помогала ей с телефоном и видела банковские уведомления. Ты не инвалид и работаешь. И судя по тому, что у тебя на кухне стоит, — она обвела помещение взглядом, — доход у тебя приличный. У меня тоже ипотека на однокомнатную квартиру в Черкассах, Богдан. И я ее оформила без помощи матери. Так что твой аргумент про «тебе проще» не работает.
— Она же твоя мать! — вмешалась Леся, встав рядом с мужем.
— И его мать тоже, — кивнула Оксана в сторону брата. — Всю свою любовь и все ресурсы она вложила именно в него. Теперь пусть он и несет ответственность. Я вас предупредила. Что будет дальше — решайте сами. Если Ганна подаст на меня иск о взыскании алиментов, я потребую полные данные о ее финансовых операциях за последние пять лет и информацию о твоих доходах тоже предоставим суду. Думаю, картина получится интересная.
С этими словами она направилась к выходу.
— Ты озлобилась совсем… — бросил ей вслед Богдан.
— Нет, просто больше не собираюсь быть удобной.
В понедельник во время обеденного перерыва Оксана зашла к юристке из своей компании и вкратце изложила ситуацию.
— Может ли она обязать меня платить алименты?
Женщина лет пятидесяти внимательно выслушала рассказ.
— Теоретически возможно: если докажет свою нетрудоспособность и нужду в помощи взрослых детей. Но если по возрасту и здоровью она может работать, скорее всего суд откажет в иске. Особенно если выяснится, что нужда возникла из-за того, что значительные средства были переданы другому ребенку безвозмездно при его полной трудоспособности и достатке. Вам нужно будет подтвердить эти переводы документально.
— У меня есть доказательства, — уверенно ответила Оксана. — Скриншоты переписок с ней: она сама рассказывала мне о своих тратах денег на брата и его семью. А выписки со счетов можно запросить через суд при необходимости.
— Тогда ваша позиция выглядит устойчиво. Главное сейчас — не соглашайтесь платить добровольно: это может быть расценено как признание обязанности содержать ее.
Оксана поблагодарила юристку и вышла из кабинета с чувством тяжести вместо облегчения: всё стало предельно ясно.
Она поставила Ганну и Богдана перед фактом своего решения; теперь оставалось дождаться их ответа.
Ответ пришел через неделю: первым позвонил брат; голос звучал раздраженно и напряженно:
— Срочно приезжай к маме! Надо поговорить и решить всё!
— Я уже высказалась ясно: разбирайтесь без меня.
— Оксана! Она ведь реально может подать иск! Тебе нужен этот скандал?
— Мне он ни к чему… Но если она выберет такой путь — я готова пройти его до конца вместе с ней в зале суда. Приезжать не стану; хочешь обсудить что-то конструктивное — приезжай ко мне один.
Богдан появился вечером мрачный; вошел в квартиру даже не сняв куртки…
