Оксанка ощутила, как внутри всё сначала застыло, а затем будто расправилось — словно с плеч внезапно сняли тяжёлую ношу. Глаза женщины наполнились слезами.
— Правда? Неужели? — прошептала она. — Богдан, это ведь…
— Да, — с улыбкой подтвердил он, сжав её ладонь. — Мы это заслужили.
Они сидели рядом, обсуждая будущее: первая поездка на дачу к её родителям, прогулки по лесу в поисках грибов, а может, и поездка к морю следующим летом.
Оксанка уже мысленно подбирала автокресло и представляла себе момент, когда поставит на полку пустую жестяную банку как символ памяти.
— Кстати, насчёт оформления документов… — вдруг заговорил Богдан и отодвинул тарелку в сторону. Его голос стал сухим и деловым. — Я всё обдумал. Оформим на Валерию.
Оксанка удивлённо посмотрела на мужа:
— Почему?
— У меня же статус ФЛП, могут возникнуть сложности с налоговой…
— Тогда логичнее оформить на меня. Причём тут твоя сестра?
— Ни на тебя, ни на меня не стоит оформлять, — перебил он и отвёл взгляд в сторону. — На Валерию будет надёжнее.
На мгновение в комнате воцарилась напряжённая тишина.
— На… Валерию? — переспросила она так, будто не поверила услышанному. — На твою сестру? Почему именно так?
Богдан провёл рукой по подбородку с заметным волнением.
— Я предприниматель. Любая собственность может стать уязвимостью: риски со стороны партнёров или налоговиков всегда есть. Нужно разграничивать активы. Это рационально.
Смысл его слов доходил до сознания Оксанки медленно, уступая место холодному ощущению непонимания и тревоги.
— Хорошо… допустим… — произнесла она осторожно. — Но почему тогда не я? Я же твоя жена. Мы вместе копили эти деньги. Я два года считала каждую гривну…
— Оксанка, давай без лишних эмоций. Жизнь непредсказуема: сегодня всё хорошо, а завтра может случиться что угодно. У меня уже был горький опыт… Ты ведь знаешь это, — перебил он её спокойно.
Он напоминал о своём первом браке и той боли предательства, которую вроде бы давно оставили позади.
Его бывшая супруга через суд забрала у него квартиру и машину после развода: всё было приобретено до свадьбы за его средства, но оформлено на неё из доверия.
Тогда он остался ни с чем: долги за спиной и полное разочарование в людях вокруг.
Оксанка помнила те первые годы рядом с ним: как он вздрагивал от любого шороха за дверью; как дотошно проверял каждый документ перед подписанием.
Она верила: её любовь к нему, рождение Назара и годы совместной экономии растопили этот лёд недоверия навсегда.
— Но я же… я ведь не она… — прошептала Оксанка едва слышно; ком подступал к горлу и мешал говорить дальше. — Мы вместе уже шесть лет… У нас сын… Ты мне… не доверяешь?..
