Когда муж, отодвинув тарелку с выражением, будто я подала ему не котлеты по-киевски, а судебную повестку, замер в пафосной позе, я сразу поняла — сейчас последует нечто вроде манифеста. Степан аккуратно поправил салфетку, прочистил горло и, глядя сквозь меня — вероятно, в своё воображаемое светлое капиталистическое завтра — произнёс:
— Оксана, я тут прикинул. Наши финансы трещат по швам из-за твоего легкомысленного подхода к деньгам. С завтрашнего дня — раздельный бюджет.
Никакой интриги не получилось: она умерла ещё до начала. Зато запах абсурда в воздухе стал ощутимым и резким, как жареная мойва на сковородке. Я медленно положила вилку на край тарелки.
— Прекрасная идея, Степан, — ответила я с улыбкой той самой змеи, что приветствует кролика перед обедом. — Тогда я просто оставляю себе всё своё.
Он моргнул. Похоже, в его голове — напоминающей бильярдный стол с редкими и громкими столкновениями мыслей — эта фраза не находила места. Он явно рассчитывал на слёзы или хотя бы упрёки… но никак не на спокойное принятие условий.
— Вот это правильно, — одобрительно кивнул он и уже мысленно начал раскладывать по полочкам гривны, которые якобы удастся сэкономить на мне. — Я буду копить на статус. Мужчине ведь нужен статус, Оксана. А тебе… ну что ж, на колготки должно хватить.
Мой супруг Степан был личностью своеобразной. Он обладал редким даром считать себя бизнес-хищником при том, что работал менеджером среднего звена в компании по продаже пластиковых окон. Его «статус» обычно выражался в покупке очередного дорогого гаджета (используемого процентов на три) и чтении вдохновляющих цитат из интернета.
— Договорились, — кивнула я спокойно. — Котлету будешь доедать? Или она теперь вне твоего бюджета?
Он съел её. Бесплатно. В последний раз.
Первая неделя этой «финансовой революции» прошла под знаком гордости: Степан расхаживал по квартире павлином и принципиально не интересовался ценами на бытовую химию. Он приобрёл себе «премиум» ежедневник из кожи молодого дерматина и старательно записывал туда свои расходы.
В среду он вернулся домой с пакетом наперевес: внутри глухо перекатывались две банки дешёвого пива да пачка пельменей категории «Г», где эта буква точно не означала «говядина». В это время я как раз распаковывала доставку из хорошего магазина: форель свежая, авокадо спелые, сыры ароматные и бутылочка достойного рислинга.
Степан появился в дверях кухни и облокотился о косяк с видом уставшего бойца после трудного дня…
