— Какая? — София подалась вперёд, в её взгляде вспыхнул уже не огонь соперничества, а искорка тайного сговора.
— Нам пора прекратить бороться друг с другом и начать бороться с их упрямством. Но не при помощи денег. Нужно сделать то, чего они от нас никак не ожидают.
В ту ночь в двух концах Киева окна оставались освещёнными до самого утра. Вместо звонков адвокатам и заказов у флористов, будущие сватьи без конца переписывались в мессенджере. Впервые за всё время знакомства они не выясняли, кто вложил больше усилий. Вместе они придумывали план под названием «Перемирие».
Аэропорт Борисполь в семь утра напоминал муравейник после дождя. Данил и Екатерина, с двумя рюкзаками и одним чемоданом на двоих, медленно направлялись к стойке регистрации. Почти всю ночь они провели без сна — ждали либо визита спецназа по заказу Натальи, либо цыганского хора во главе с Софией. Но ночь прошла подозрительно спокойно.
— Как думаешь, они смирились? — прошептала Екатерина, бросая взгляд на стеклянные двери терминала.
— Мама и «смириться» — это слова из разных вселенных, — вздохнул Данил. — Скорее всего, сейчас оформляют иск о признании нашего брака недействительным или пытаются перекупить авиакомпанию ради отмены рейса.
Однако то, что они увидели возле табло вылетов, не укладывалось ни в один из их тревожных сценариев.
Там стояли две женщины. Но это были уже не те уверенные светские дамы и деловые акулы, к которым привыкли дети. Наталья была одета в простой худи и удобные кроссовки; её идеально уложенные волосы были собраны в небрежный хвост. София тоже отказалась от ярких аксессуаров: на ней был скромный дорожный плащ.
Но главное было у них в руках: Наталья держала термос обеими руками, а София — плетёную корзинку под полотенцем.
— Всё-таки пришли… — пробормотал Данил, расправляя плечи и готовясь к возможному натиску.
Женщины подошли одновременно. Взглянув друг на друга коротко и молча, Наталья сделала шаг вперёд. В её глазах больше не было холода — только непривычная мягкость с оттенком неловкости.
— Мы вас отговаривать не станем… — начала она тихо; голос чуть дрогнул. — И никаких предложений по квартирам или стажировкам тоже не будет… Мы полночи проговорили друг с другом.
София согласно кивнула и вытерла нос платочком.
— Мы поняли вас… Поняли многое о себе тоже. Мы так увлеклись игрой «кто лучшая мама», что забыли просто быть мамами. Наталья рассказала мне про коммуналку своего начала пути… А я ей – как мы с отцом копили на первую печку… И знаете что? Это были лучшие времена – потому что мы всё создавали сами… А теперь хотели лишить вас этого опыта…
Екатерина моргнула от неожиданности: она готовилась к сцене или истерике – но никак не к такому признанию.
— Вот… — Наталья протянула термос Данилу. — Здесь кофе… Не тот дорогой из клуба… А обычный – с корицей… Такой ты любил раньше… когда мы жили ещё в той старой квартире… до моего первого большого дела… Помнишь?
— Конечно помню… — Данил взял термос; тепло металла приятно согревало ладони.
— А тут… — София приподняла уголок полотенца над корзинкой – по залу поплыл аромат свежей домашней выпечки – пирожки с капустой… Не торт из пяти ярусов – просто еда в дорогу… Чтобы вы не ели эту ужасную самолётную еду…
Екатерина обняла мать – впервые без напряжения или утешения – просто от любви.
— Спасибо тебе… Спасибо вам обеим…
Наталья подошла к сыну и впервые за долгое время обняла его крепко-крепко, прижавшись щекой к плечу.
— Прости меня… Я так боялась твоих ошибок… что мешала тебе жить своей жизнью… Езжайте… Стройте своё будущее сами… Мы будем ждать здесь… И обещаю: никаких сюрпризов вроде покупки квартиры без вашего ведома…
— Мы даже решили пока вы будете вдали съездить вместе в санаторий! — добавила София со смешинкой в голосе. — Наталья говорит ей нужно научиться расслабляться… А я пообещала научить её делать нормальное тесто! Представляешь? Она думала дрожжи – это разновидность химического оружия!
Наталья рассмеялась искренне:
— Ну ладно тебе! Не совсем так! Хотя близко…
Объявили посадку на рейс. Данил и Екатерина подняли свои вещи; внутри было ощущение лёгкости такой силы, будто исчез груз целого года борьбы за право быть вместе.
Уже подходя к контролю безопасности Данил вдруг остановился:
— Знаете… Вы сейчас сделали для нас самое важное…
Сватьи хором спросили:
— Что именно?
Екатерина улыбнулась:
— Вы поверили нам… И помирились между собой… Это лучший свадебный подарок…
Когда молодые скрылись за стеклом зоны досмотра пассажиров, Наталья и София ещё долго стояли у панорамного окна терминала Борисполя: наблюдали за тем как огромные самолёты набирают высоту над землёй…
София вздохнула:
— Ну что ж теперь? В санаторий или сначала аннулировать все эти бредовые заказы на омаров?
Наталья посмотрела вниз на свои удобные кроссовки; потом перевела взгляд на свою новую «соратницу»:
— К чёрту офис! Поехали лучше сразу к вам! Вы же обещали научить меня тесто месить! А по дороге решим как будем обустраивать нашу общую дачу! Только без этих золотых унитазов и дизайнерских ландшафтов! Всё своими руками!
София засмеялась:
— Договорились! Но розы буду высаживать я!
Наталья великодушно махнула рукой:
— Хорошо-хорошо! Только пусть будут белыми! Это стильно!
Они вышли из аэропорта под руку – обсуждая сорта удобрений и секреты дрожжевого теста…
Борьба за влияние завершилась.
Началась новая история.
История странной,
но настоящей семьи,
в которой больше никто
не доказывал свою правоту —
потому что важнее стали любовь
и уважение
к выбору тех,
кого они действительно любили…
А где-то высоко над землёй,
в самолёте,
летящем на юг,
Данил делился пирожком
с Екатериной —
а она наливала кофе из термоса.
И этот завтрак казался им вкуснее любого банкета:
он пах свободой…
и родительским благословением.
