— Это моя квартира, Богдан. Я не хочу, чтобы кто-то входил сюда без моего ведома.
Он остановился и обернулся:
— Кто-то? Ты серьезно? Это же моя мама.
— Мне все равно. Она не имела права заходить без предупреждения.
Богдан тяжело вздохнул и опустился на край дивана:
— Послушай, она живет одна, работает, устает. Ей хочется быть нужной. Ты разве не понимаешь?
— Прекрасно понимаю. Но у нее есть свое жилье.
— А еще у нее есть сын, которому нужна ее поддержка.
— Мы взрослые люди, Богдан. Сами справимся.
Он задержал на ней взгляд, потом произнес:
— Завтра сделай ей копию ключа. Пусть приходит, когда захочет.
С этого всё и началось — четыре дня назад в самый обычный февральский вечер.
Теперь они сидели напротив друг друга за кухонным столом, и Оксана ясно осознавала: это не просьба — это ультиматум. И если она уступит, то потеряет последнее своё убежище — личное пространство.
— Я не собираюсь делать копию ключа, — сказала она твердо.
Богдан поднялся с дивана и подошел ближе:
— Оксана, только не начинай. Это моя мама. Единственный родной человек у меня остался.
— А я для тебя кто?
— Ты моя жена. Но мама есть мама.
— То есть она для тебя важнее меня?
Он промолчал несколько секунд, затем сказал более резко:
— Не вынуждай меня выбирать. Просто сделай дубликат — и точка.
— Нет.
Богдан развернулся и направился к двери. Уже на пороге бросил через плечо:
— Хорошо. Тогда я сам возьму твой ключ и отдам мастеру завтра же.
Дверь захлопнулась с глухим звуком. Оксана осталась одна на кухне под монотонный гул холодильника и шум машин за окном.
***
Утром Богдан ушел рано — хлопнул дверью так громко, что стены дрогнули. Оксана лежала в постели и слушала его сборы: шаги по коридору, скрип шкафа… Она не вышла попрощаться. Когда входная дверь закрылась за ним окончательно, она поднялась с кровати и прошла в прихожую.
Ключ лежал там же — на тумбочке у зеркала. Оксана взяла его в руки и спрятала в потайной карман сумки, застегнув молнию до упора. Затем оделась и отправилась на работу.
В офисе царила привычная суета: звонки телефонов перекрывались голосами коллег; обсуждения шли одно за другим — вчера их компания подписала важный контракт с новым поставщиком стройматериалов из Черкасс, теперь отдел продаж должен был пересчитать цены по всему ассортименту продукции. Оксана сидела перед монитором с открытыми таблицами Excel — цифры плыли перед глазами как вода в реке после дождя.
К ней придвинулась Маричка — единственная подруга среди коллег:
— Что такая хмурая? Опять сцена дома?
Оксана бросила взгляд на начальника отдела Ярину Викторовну: та стояла у окна с телефоном у уха и что-то диктовала кому-то из клиентов или партнёров по бизнесу. Оксана понизила голос до шепота:
— Он требует отдать ключ его маме… сделать дубликат от моей квартиры.
Маричка округлила глаза:
— Серьезно? От твоей квартиры?
Оксана кивнула:
— Угу…
Маричка присвистнула тихо:
— Вот это да… И ты что ему ответила?
Оксана пожала плечами:
— Сказала «нет». Он пригрозил сам взять мой ключ и отнести мастеру…
Маричка задумчиво покачалась на стуле назад-вперед:
— Слушай… Давай вместе пообедаем сегодня? В том кафе напротив офиса спокойно посидим да поговорим нормально… А то здесь начальство всё время рядом маячит…
Ровно в час они вышли из здания офиса под хрустящий морозный воздух февраля; снег скрипел под сапогами так звонко, будто трещал лёд под ногами рыбаков где-нибудь под Полтавой… Кафе оказалось почти пустым: уютное место с большими окнами; заказали супы да салаты и устроились возле стеклянной стены с видом на улицу…
Когда официант принес еду, Маричка наклонилась вперед:
— Ну рассказывай всё как было…
Оксана начала сначала: как впервые увидела Валентину у себя дома без предупреждения; как та сварила борщ без спроса; переставила продукты местами; прокомментировала пыль на полках… Потом рассказ пошёл о вчерашнем разговоре с Богданом — о его требовании сделать копию ключей…
Она водила ложкой по тарелке супа медленно-медленно:
— Понимаешь… Эту квартиру я купила сама… Мне было двадцать три года тогда… Пять лет работала без выходных сразу на двух работах… Копейку к копейке складывала… Жила в комнате общежития… Питалась дешёвой лапшой… Не покупала себе ни одежды нормальной ни обуви приличной… Всё ради того чтобы иметь своё жильё…
Маричка кивнула серьёзно:
— Помню-помню… Ты тогда только пришла к нам работать… Мы ещё удивлялись: такая молодая девушка уже со своей квартирой…
