Та, у которой детей забрали ещё до того, как она успела по-настоящему прижать их к себе. Та, у кого отняли не просто право выбора, а саму возможность быть матерью. Чтобы бороться, нужно было вернуться в ту квартиру и суметь вырвать сыновей из рук двух безжалостных женщин. Она же выбрала путь бегства — унизительный, трусливый и единственный, какой был ей по силам.
Дарина сняла небольшую студию на окраине новостроя — в районе, где соседи не знали друг друга даже в лицо. Устроилась бухгалтером в скромную логистическую компанию. Алименты платила исправно и даже немного сверх положенного — словно это был выкуп: за свободу и за вину. Каждое воскресенье ровно в десять утра она приезжала к детям.
Сначала на пороге появлялась Виктория — провожала мальчиков нарядными, с новыми игрушками или гаджетами в руках.
— На, хоть покорми нормально, — бросала она Дарине пакет с домашней едой. — А то у тебя там одни полуфабрикаты небось. Марко, Степан! Слушайтесь… маму. — Последнее слово звучало с нарочитой паузой.
Марко исполнилось девять лет, Степану — семь. Оба были красивыми и ухоженными мальчиками: аккуратные стрижки, модная одежда… но чужие до боли.
— Мам! Купи вот тот конструктор! — требовал Степан сразу после входа в торговый центр — место их регулярных воскресных встреч. Он показывал пальцем на витрину огромного магазина игрушек.
— Степа, у тебя дома уже три таких набора… Может быть, пойдём лучше в парк? Покатаемся на лодке? – неуверенно предлагала Дарина.
— Не-е-ет! – его голос тут же переходил на визгливую громкость. – Хочу этот! Бабушка говорит: если очень хочется – надо брать! Ты что, такая бедная? Жалко денег?
Марко наблюдал за сценой с видом бывалого переговорщика и подключался:
— Тогда можно хотя бы кино? Новый фильм про супергероев вышел! Возьми самый большой попкорн и две колы. Бабушка всегда так делает.
— Кола вредна для зубов… – машинально возражала Дарина сама себе под нос.
— Бабушка говорит: вредно – это когда дешёвое и плохое качество, – спокойно парировал Марко и уже доставал телефон посмотреть расписание сеансов. – А мы берём самое дорогое — значит полезное. А карамельный попкорн даёт энергию!
Любая попытка установить границы или просто поговорить по душам разбивалась о стену их полной уверенности: мир для них был супермаркетом желаний; люди вокруг — обслуживающим персоналом; а она сама воспринималась как странная няня по выходным с непонятными словами вроде «подожди», «не кричи» или «надо сказать “спасибо”».
Кульминацией стала сцена в кафе. Получив заказанный коктейль, Степан скривился так будто попробовал лимон:
— Это что ещё такое?! – он ткнул пальцем в стакан с розоватым напитком.
— Клубничный… как ты просил… – растерянно ответила молоденькая официантка с натянутой улыбкой.
— Я хотел МА-ЛИ-НО-ВЫЙ!!! Ты глухая?! Дура! Бабушка говорит: вы тут все тупые!
Он схватил стакан и со всей силы швырнул его об кафельный пол. Послышался звон стекла; розовая жидкость брызнула на ноги посетителей рядом. Официантка вспыхнула от смущения. Марко даже не поднял глаз от планшета:
— Надо жалобу через приложение кинуть — тогда менеджер прибежит быстро…
Дарина торопливо извинялась перед официанткой и пыталась схватить сына за руку; тот вырывался изо всех сил:
— Отстань! Я сказал отстань! Не имеешь права меня трогать! Я бабушке сейчас позвоню! Она приедет сюда и вас всех уволит!
В этот момент Дарина краем глаза увидела своё отражение в зеркале вдоль стены кафе: усталое лицо без выражения; плечи опущены; руки тянутся к сыну… но не решаются обнять его крепче или остановить силой. И вдруг ей показалось: может быть он прав? Может действительно она больше не имеет права называться матерью?
Та женщина, которая могла бы ею стать… осталась там — позади времени… В той квартире её сломали до основания… И без неё собрали этих мальчиков заново: Марко и Степана… Детей под стать высоким стандартам семьи Виктории… А её участие свелось лишь к биологической роли без возможности голоса…
Со временем Дарина перестала даже пытаться что-то изменить во время этих коротких воскресений… Всё превратилось в ритуал: куда скажут пойти — туда шла; что попросят купить — покупала; слушала бесконечные рассказы о новых подарках от бабушки или поездках с папой на курорты… о том как хорошо жить там где большая комната…
Иногда перед тем как вернуть детей Виктории обратно домой она всё же спрашивала:
— Ребята… а вам со мной интересно?
Марко пожимал плечами:
— Нормально… Только ты скучная и вредная…
А Степан добавлял:
— Да-а… И нищая ещё… У тебя даже машины нет!
Они убегали к лифту не оглянувшись ни разу назад… А она стояла неподвижно… смотрела вслед закрывающимся дверям лифта… которые увозили её плоть и кровь… её самую горькую утрату жизни…
