— Пусть смотрят. Это их дело. А твоя задача — заниматься договорами и учиться дальше. Ты отличный специалист, Оксана. Я не разбрасываюсь ценными кадрами. Иди, продолжай работать.
И она осталась.
Сначала было непросто. Перешёптывания за спиной, настороженные взгляды коллег. Но Богдан вёл себя безупречно. Он был требовательным, но справедливым руководителем. Ни разу не упрекнул её за ту аварию. Ни словом, ни намёком не дал понять, что между ними может быть что-то большее, чем рабочие отношения.
Лишь изредка, когда они случайно встречались в кафетерии или на стоянке (куда теперь она приходила пешком), их взгляды пересекались. И в этих коротких моментах было что-то… тёплое. Что-то такое, от чего сердце начинало биться быстрее, а у него будто дыхание замирало на долю секунды.
Она замечала его лёгкую хромоту — и каждый раз сердце сжималось от вины. Но теперь к ней добавлялись и другие чувства: благодарность, уважение… нежность.
Минуло полгода. Гипс сняли давно, Богдан сначала ходил с тростью, потом стал обходиться без неё — лишь немного прихрамывая. Оксане вернули водительские права.
Наступил декабрь — время предновогодней суеты: отчёты, корпоративы…
В один из вечеров она задержалась на работе — заканчивала сложный контракт. В офисе уже никого не осталось. Она вышла на парковку к своей «Тойоте». Падал снег — крупный и пушистый, словно из сказки.
Оксана чистила машину щёткой от снега и вдруг услышала приближающиеся шаги.
Обернулась — это был Богдан. Без головного убора, в пальто; снежинки ложились ему на плечи.
— Привет, — сказал он негромко.
— Привет! — улыбнулась она тепло. — Почему без шапки? Простудитесь ведь.
— Я привычный к холоду… Слушай, Оксан…
Он подошёл ближе; свет фонаря делал его взгляд особенно глубоким и серьёзным.
— Я тут подумал… Ты больше не можешь оставаться моей подчинённой.
У Оксаны внутри всё оборвалось; снег вдруг показался ледяным и колючим до боли.
— Вы хотите меня уволить? — прошептала она едва слышно. — Я допустила ошибку? Что-то не так с контрактом?
Он отрицательно покачал головой:
— Нет-нет… Ты работаешь безупречно. Просто есть нюанс: по внутренним правилам компании личные отношения между начальником и сотрудником считаются недопустимыми… А я больше не могу быть просто твоим начальником.
Он сделал шаг вперёд и оказался совсем рядом с ней; Оксана уловила аромат его парфюма: морозная свежесть вперемешку с табаком и чем-то удивительно родным…
— Кажется… я пропал тогда же — на капоте твоей машины…
Он наклонился к ней и осторожно поцеловал — мягко, будто спрашивая разрешения этим прикосновением губ.
Оксана замерла лишь на мгновение… а затем ответила ему тем же чувством. Снежинки таяли у них на щеках; где-то вдали сигналил автомобиль… но для них весь мир сузился до этого круга света под фонарём…
Когда он чуть отстранился назад, она смотрела прямо ему в глаза с недоверием:
— Ты это всерьёз?
— Более чем всерьёз! — улыбнулся он широко. — Я готов снова оказаться под твоими колёсами… только бы ты не сказала мне сейчас, что не любишь меня так же сильно…
Оксана рассмеялась звонко и счастливо:
— Люблю! Очень люблю! Но переезжать тебя больше не собираюсь… Ремонт обошёлся дорого!
Он заключил её в объятия и прижался носом к её макушке:
— Тогда тебе придётся меня возить самой… У тебя это выходит весьма эффектно!
— Договорились… — прошептала она тихо…
Они стояли под падающим снегом на той самой парковке… Там всё началось со страха и боли… А закончилось тем самым чувством… которое называют судьбой…
И Оксана знала точно: её марафон завершён.
Она пришла.
Домой.
