Когда каталку с Дианой подвезли к дверям операционной, она вцепилась в мою руку так крепко, что пальцы у неё задрожали. «Сделай так, чтобы папа не злился», — прошептала она с тревогой, будто это было для неё самым страшным. Я наклонился и поцеловал её в лоб. «Я злюсь за нас обоих», — ответил я тихо. — «А ты просто думай о том, как вернуться».
Двери закрылись, и я остался один наедине с пластиковыми стульями и своими мыслями. В этот момент зазвонил телефон.
Максим.
Я ответил напряжённо: «Ты где?»
— «Дома», — отозвался он. — «А что? Ты опять потратился на врача?»
У меня внутри всё сжалось. «Мы сейчас в больнице», — сказал я. — «Диане срочно нужна операция». На другом конце повисла пауза, а потом послышалось раздражённое: «Что за операция?»
«У неё опухоль», — объяснил я. — «Возможно, начался перекрут. Она мучается уже несколько недель». Он выдохнул так, словно я сообщил ему о поломке стиральной машины.
«Вот почему ты устроил панику?» — бросил он. — «Ты всегда всё преувеличиваешь».
«Нет», — резко ответила я. — «Это ты закрыл глаза на её боль».
Голос Максима стал холоднее: «Не переводи стрелки на меня. Если это дорого стоит, сама разбирайся». Что-то внутри меня застыло.
Максим не спросил, испугалась ли Диана.
Он не поинтересовался, как я держусь.
Он хотел знать только одно: сколько это обойдётся.
И именно тогда, сидя под ярким светом больничного коридора в ожидании новостей из операционной, ко мне вернулась мысль, которую я гнала прочь последние месяцы: Максим полностью контролировал наши финансы — внезапные ограничения бюджета, отсутствие выписок по счетам и его телефон всегда лежал экраном вниз.
С дрожью в руках я открыла банковское приложение и начала просматривать последние движения средств.
Моё дыхание перехватило.
Со счёта регулярно списывались крупные суммы денег. Повторяющиеся переводы. Это были не медицинские расходы.
И не покупки продуктов.
Деньги уходили на имя, которое мне ничего не говорило.
И тогда до меня дошло самое страшное:
Максим отказался от помощи врачу не потому что считал Диану симулянткой… а потому что боялся раскрыть мне правду о деньгах.
Пальцы дрожали сильнее с каждым новым просмотром операций по счёту; я надеялась ошибиться в интерпретации данных… но нет. 2000 долларов… 3500… 1200… снова и снова отправлялись на один и тот же счёт с пометкой: «М. Харлан Консалтинг». Но Максим никогда не был консультантом! Он работал менеджером по продажам и терпеть не мог бумажную волокиту; сам хвастался тем, что предпочитает перекладывать детали на других.
Так почему же наши деньги исчезали под вымышленной фирмой?
Я сделала скриншоты каждого перевода.
После этого написала Максиму одно короткое сообщение:
Диана сейчас на операции. Я видела переводы со счёта. Не вздумай лгать мне.
Ответ пришёл сразу же:
