— Пока поживёшь на кухне, маме нужна твоя комната! — бросил муж, швырнув мою подушку на пол. — И радуйся, что вообще не выставили.
— Екатерина, только не пугайся, но у нас тут небольшие изменения, — голос Дмитрия в трубке звучал подозрительно бодро, с той нарочитой жизнерадостностью, которая обычно предвещала неприятности. — Мама приехала. Окончательно.
Я застыла посреди супермаркета с пакетом замороженной брокколи в руке. Холод от упаковки жёг пальцы, но внутри становилось ещё холоднее — предчувствие чего-то нехорошего охватило меня целиком.
— Что значит «окончательно», Дмитрий? — переспросила я, стараясь говорить спокойно и не сорваться на крик. — У Натальи ведь отличная трёхкомнатная квартира в центре. Почему она решила переехать в нашу двушку на окраине?
— Ну… там всё непросто, — замялся он. Я даже представила себе, как он привычно чешет затылок — жест из детства, когда пытался скрыть проступок. — Она считает ту квартиру слишком большой для себя одной. И коммунальные платежи высокие. В общем, она сдала её хорошим людям — семье с детьми. А сама пока поживёт у нас. Мы же родные люди, Катюша? Ты ведь всегда говорила: семья должна держаться вместе.
— Ты пригласил свою мать жить с нами и даже не обсудил это со мной? — я аккуратно вернула брокколи обратно в морозильник. Аппетит исчез полностью. — Дмитрий, мы столько раз это обсуждали! Я работаю из дома и мне необходима тишина! Твоя мама… она замечательная женщина, но давай честно: тишина и Наталья вещи несовместимые.
— Да перестань ты! — раздражение прорезалось в его голосе. — Это моя мать! Куда мне её девать? На улицу выгонять? Всё, возвращайся домой скорее. Мы ждём тебя. И захвати тортик по дороге – надо новоселье отметить.
Он отключился. Я ещё какое-то время смотрела на потухший экран телефона с ощущением того, как привычный мир начинает рушиться прямо у меня под ногами.
Когда я открыла дверь квартиры, меня встретил запах… Совсем не тот уютный аромат ванили и свежесваренного кофе, который я годами поддерживала дома. В воздухе витал дух жареного лука вперемешку с резким одеколоном «Красная Москва» и чем-то затхлым – словно из старого сундука.
В коридоре громоздились три огромных клетчатых баула и старенький советский трельяж с мутным зеркалом – всё это загромождало проход.
— Пришла-таки… — донеслось из кухни вместо приветствия.
Наталья появилась в коридоре с полотенцем в руках – моим любимым льняным полотенцем с ручной вышивкой – вытирая о него руки после готовки. На ней был тот самый халат в цветочек: неизменный спутник последних десяти лет; лицо выражало строгость командира во время смотра новобранцев.
— Добрый вечер, Наталья… С приездом вас… А мои вещи…
Я осеклась: на крючках вместо моего бежевого тренча и лёгких курток теперь висела её массивная нутриевая шуба (на дворе между прочим май) и куча серых кофт неопределённого возраста. Моих вещей просто не было видно.
— А это… — свекровь махнула рукой без особого интереса к теме разговора. — Я твои пальтишки сложила аккуратно в пакетик и вынесла на балкончик – они какие-то тонкие все да несерьёзные… А шубе простор нужен – меху дышать надо! Чего стоишь? Разувайся да тапочки вот те надень: свои я постирала – больно уж маркие были… белые какие-то… Я тебе свои привезла – они потеплее будут!
Я взглянула на предложенные тапки – стоптанные валеные чудовища – как на символ вторжения во всё личное пространство… Внутри зашевелилось глухое раздражение.
— Мои тапочки были чистыми… И мне было удобно именно в них…
— Не перечь старшим! — отрезала она резко и повернулась к кухне: — Иди руки мой! Сейчас ужинать будем! Дмитрий голодный пришёл после работы – а тебя всё нет да нет… Пришлось мне самой к плите вставать со своими болячками!
Я направилась в ванную комнату… Полочка над раковиной опустела до основания: ни кремов дорогих брендов, ни сывороток или тоников больше не было видно… Вместо них стояло хозяйственное мыло да банка с каким-то бурым настоем…
— Дмитрий! — позвала я уже без попытки сохранять спокойствие.
Муж сидел перед телевизором уткнувшись в телефон; при моём появлении даже головы не поднял сразу:
— Что случилось, Екатерина?
— Где моя косметика?! Где все мои средства из ванной?!
— А-а-а… Это мама порядок навела там немного… Она говорит: слишком много химии у нас развелось… вредно всё это для кожи… Зато свой настой из лопуха сварила – полезней будет! Твои баночки она сложила куда-то в коробку… Наверное где-нибудь в кладовке посмотри…
— В кладовке?! Там же кремы стоят дороже половины твоей зарплаты! Им нужна определённая температура хранения!
Вот именно!
