И, не дожидаясь расспросов, перекрестилась.
— Ганна, что с тобой? — удивлённо протянула продавщица. — Опять давление шалит?
— Да при чём тут давление… — отмахнулась Ганна. — Грех на душе, девоньки. Не могу молчать больше.
Она как раз собиралась выйти, когда Алина подошла ближе, поставила сумку у ног и настороженно замерла. В голосе Ганны звучало такое напряжение, что у всех внутри неприятно кольнуло.
— Сама видела, своими глазами! — продолжала она. — Коза у меня вчера вырвалась. Орися эта, вредина, верёвку перегрызла. Думаю: куда подевалась? Пошла искать в саду. Иду да кричу: Маня! Маня! Уже голос сорвала.
Она ненадолго умолкла и обвела взглядом всех присутствующих, будто проверяя внимание.
— И тут вдруг… — понизив голос до шёпота, произнесла она, — из ямы какой-то выскакивают двое. Мужчина и женщина. Он на ходу штаны подтягивает, она платье поправляет… А лифчик-то у неё до самого пупа расстёгнут!
В магазине повисло гнетущее молчание. Кто-то ахнул вслух, кто-то прикрыл рот рукой.
— И как думаете кто? — Ганна покачала головой с тяжестью в глазах. — Ни за что не догадаетесь.
Алина застыла на месте. Сердце забилось так сильно и громко, что ей показалось: его слышат все вокруг. Кто-то неуверенно предположил:
— Милана с Александром?
— Да нет же! — всплеснула руками Ганна. — Даже не близко!
— Ну говори уже! — не выдержали женщины.
— Ткачук… — прошептала она почти неслышно, будто боясь произнести это имя вслух.
— Дмитрий?! — в один голос переспросили сразу несколько человек.
— Он самый… И Ангелина… внучка Тамары…
Кто-то присвистнул сквозь зубы, кто-то тихо выругался себе под нос. Алина почувствовала ледяную волну внутри себя. Перед глазами всплыла Кристина: аккуратная до мелочей, спокойная и всегда с прямой осанкой и мягкой улыбкой… И её животик – уже заметный – о котором столько пересудов было последнее время…
— Этого просто не может быть… — пробормотал чей-то голос из толпы. — Дмитрий ведь совсем другой…
— Вот и я так думала… — откликнулась Ганна устало. — Но разве мои глаза могут обманывать?
Кто-то начал оправдывать случившееся: мол всякое бывает – оступился человек; главное теперь – чтобы понял свою ошибку и вернулся в семью… Другие надеялись: может Кристина ничего не узнает? Авось пронесёт… Хотя в таком маленьком посёлке тайны долго не живут – но иногда судьба бывает милосердна…
Ганна стояла молча и теребила край платка пальцами.
— Девоньки… грех на мне всё-таки… Я ведь утром сегодня не выдержала…
— Что ты имеешь в виду? — насторожились сразу несколько женщин.
— Увидела я Кристину по дороге на работу… Бледная такая была… но всё равно улыбается… Я её остановила… всё рассказала…
В магазине будто гром прогремел – все заговорили разом:
— Ты что натворила?! Совсем с ума сошла?!
— Женщина беременная! Как язык повернулся?!
Ганна расплакалась прямо там же:
— А что я сделала плохого?.. Разве неправильно поступила?.. Надо же ей правду знать про мужа своего!.. Пусть знает правду!
Алина почувствовала слабость в ногах – они словно подломились под ней сами собой… Она представила эту сцену: Кристина идёт себе спокойно по улице – ни о чём дурном не думает – а тут слова такие страшные режут душу словно ножом…
Ганна продолжала сквозь слёзы:
— Как услышала это она… сразу оседать начала прямо передо мной… Хорошо хоть телефон был при мне – скорую вызвала сразу же… А кровь… кровь уже по ногам текла…
Кто-то отвернулся к стене; кто-то перекрестился снова молча… Алина больше слушать этого не могла – схватила сумку с пола:
— Я пойду… — сказала она чужим для себя голосом.
— Алина! Куда ты?! – окликнули её вслед.
Она только бросила через плечо:
— Мне ничего покупать уже не надо…
На улице холодный воздух ударил ей в лицо; только тогда пришло осознание: это всё правда… Не слухи какие-нибудь или сплетни злые – а настоящая беда случилась… Беда настоящая и необратимая…
Алина шла по улице сама того толком не замечая; ноги сами выбирали путь привычный годами маршрутами жизни; мысли путались между собой как клубок ниток после кошачьих лап…
Она то останавливалась перевести дыхание; то озиралась исподтишка вокруг себя — будто боялась услышать оклик или вопрос — тот самый вопрос который заставит снова произнести вслух то страшное — то непоправимое…
Уже почти возле поворота её догнал знакомый голос:
– Алина! Постой-ка!
Это была Алёна — шагала навстречу уверенно; одна рука держала сумку другая авоську сетчатую; лицо было таким решительным что Алина сразу поняла — та тоже всё знает…
– Слышала уже?.. У Кристины малыша спасти не удалось…
Алина кивнула еле заметно; слов подобрать никак не могла — казалось если рот откроет сейчас то либо зарыдает навзрыд либо скажет такое чего потом сама себе простить не сможет…
– Жалко конечно… – продолжила Алёна чуть спокойнее прежнего тоном.– Но молодые ещё они оба… Успеют ещё родить детей своих… Это ж ведь ещё далеко не конец света…
Раиса посмотрела на неё внимательно.
