— Продолжительность брака, участие в обустройстве жилья, помощь в ведении бизнеса мужа, наличие детей, совместные траты — всё это имеет значение, — сказала Елизавета. — Подобные дела непростые. Они не решаются за один день. И стопроцентного результата я вам пообещать не могу.
Она снова надела очки и заглянула в блокнот.
— Но и утверждать, что у вас нет никаких шансов, я тоже не стану, — добавила она.
Мария ощутила внутри лёгкий толчок: тревожное облегчение, похожее на то чувство, когда после долгой тьмы за окном начинает пробиваться тусклый рассвет.
После встречи с Елизаветой Мария не сразу вышла на улицу. Она ещё долго стояла в холле у стеклянных дверей, глядя на своё отражение в мутном стекле: женщина сорока пяти лет с усталым взглядом, аккуратно уложенными волосами и выпрямленной спиной. Так держатся те, кто давно научился не показывать слабость перед другими и стойко переносить удары судьбы.
На улице было влажно. Недавний дождь оставил на асфальте тёмные разводы; воздух был сырой и пропитан запахом выхлопов. Мария застегнула пальто до подбородка и направилась к остановке, стараясь отогнать мысль о том, что возвращаться ей предстоит не домой, а в съёмную комнату у женщины по имени Раиса — бывшей библиотекарши с привычкой вставать ни свет ни заря и включать радио на полную громкость.
Жильё Раисы находилось в старом доме на окраине города. Подъезд был узким с крутой лестницей; перила давно облезли от времени и стали гладкими от постоянных прикосновений. В комнате Марии стояли узкая кровать, столик у окна и скрипучий шкаф — он словно возмущался каждым её движением.
Вечером сон долго не приходил к ней. Лежа под потолком с качающейся тенью от фонаря за окном, она вновь прокручивала слова адвоката и обрывки фраз Анатолия — те самые реплики из прошлого, сказанные между делом так буднично… как будто он уже тогда знал финал этой истории.
«Зачем оформлять? Ты же своя». Тогда это звучало почти ласково.
Утром Мария проснулась рано по привычке: за два десятилетия она так и не научилась спать допоздна. Пока Раиса гремела посудой на кухне, Мария аккуратно заправила постель и вышла из дома. Ей предстояло зайти к Анатолию: забрать оставшиеся вещи и поговорить о детях.
Подходя к дому бывшего супруга, она чувствовала себя так, будто идёт по незнакомому городу: всё выглядело знакомо — клёны вдоль тротуара, та самая лавочка у подъезда… когда-то она сидела там с коляской младшего сына. Но теперь каждый элемент казался чужим — словно напоминание о том, что её здесь больше никто не ждёт.
Дверь открыл Анатолий. Он был в домашнем свитере с чашкой кофе в руке — выглядел так же спокойно и обыденно как всегда.
— Рано пришла… — сказал он без удивления и отошёл в сторону.
Мария вошла внутрь и невольно задержалась в прихожей: всё стояло как прежде — её крючок для пальто, полка для обуви… зеркало со сколом в углу. Только одна вещь была новой: дорогая женская сумка на тумбочке — совсем не такая простая моделью сумок, какие носила она сама.
— Я ненадолго пришла… заберу документы да пару вещей только…
Анатолий молча поставил чашку на стол:
— Дети сегодня после школы ко мне заглянут… Мы договорились заранее…
— Понятно… — коротко ответила Мария.
Ей хотелось спросить его: как он объяснит детям происходящее? Но она промолчала. Она знала его слишком хорошо: он всегда умел говорить так ловко… что виноватым оставался кто угодно кроме него самого.
В спальне она открыла шкаф: большинство полок были пусты — самое нужное уже было забрано раньше. Она сложила папку с бумагами в сумку вместе со старыми фотографиями да парой книг. Взгляд упал на семейный альбом где-то сбоку…
Она раскрыла его: вот они молодые смеются среди ещё необжитых стен квартиры; вот дочка делает первые шаги; первый звонок 1 сентября; поездки всей семьёй… когда Анатолий ещё находил время быть рядом…
— Не стоит туда лезть… прошлое ведь уже прошло… — услышала она голос позади себя.
Мария закрыла альбом молча и вернула его обратно на полку:
— Я была у адвоката… — произнесла она тихо без поворота головы.
Наступило молчание…
— И?.. Что дальше?.. – наконец спросил он без особого интереса.
— Я собираюсь требовать свою часть имущества… имею право…
Анатолий усмехнулся:
— Ты же понимаешь – квартира моя полностью… любой суд это подтвердит…
Мария посмотрела ему прямо в глаза:
— А двадцать лет моей жизни? Они тоже твои?
Он отвёл взгляд:
— Не начинай опять… Я ведь всегда тебя обеспечивал…
— А я работала вместе с тобой! Без оформления! Все эти годы бесплатно!
— Это был наш общий бизнес! Ты сама согласилась! – резко оборвал он разговор.
Мария больше ничего не сказала – стало ясно: спор бесполезен…
На выходе из квартиры она столкнулась с той самой женщиной – молодой ухоженной девушкой с лёгкой улыбкой будто жизнь для неё была простой задачей без подвохов…
— Добрый день… – произнесла та учтиво…
Мария даже взгляда ей не бросила – просто прошла мимо чувствуя внутри тяжесть вперемешку со странной внутренней решимостью…
Позже вечером раздался звонок от дочери:
— Мам?.. Папа сказал вы разводитесь из-за квартиры… Это правда?..
Мария закрыла глаза…
