«А, эта химия? Я её выбросила» — невозмутимо заявила свекровь, разрушив мир невестки и нарушив личные границы

Лишь один шаг отделял от долгожданной свободы.

* Наборы для вышивки (сняты с производства) – 15 000 гривен.

* Джинсы Levi’s (лимитированная коллекция) – 18 000 гривен.

* Платье шелковое – 22 000 гривен.

Итого: 142 000 гривен + моральная компенсация.

Данило быстро просмотрел список, и его брови удивлённо поползли вверх.

– Это что такое?

– Перечень того, что твоя Лариса за два дня «расчистила» из нашей квартиры. Всё отправилось на мусорку. Просто потому, что ей показалось это барахлом, безвкусицей или чем-то вредным.

Он перевёл взгляд на жену. Оксана выглядела измождённой, словно за эти дни прибавила себе несколько лишних лет.

– Она… выбросила твои кружева? Те, бабушкины?

– Да. И работу, над которой я сидела полгода.

Данило тяжело опустился в кресло. Он прекрасно знал, какое значение для жены имело рукоделие. Это было её спасением, её способом отвлечься и восстановиться.

– Оксан, может, она просто не разобралась? Всё-таки человек старой закалки…

– Данило, – тихо, но твёрдо остановила его Оксана. – Дело не только в вещах. Она выбросила моё право быть хозяйкой в собственном доме. Решала, что мне носить, чем пользоваться, чем увлекаться. Если бы я не поменяла замки, к твоему возвращению здесь остались бы одни стены да икона в углу.

– Но замки… это обязательно было? – растерянно спросил он.

– Я перестала чувствовать себя в безопасности. Каждый раз, возвращаясь домой, я боялась обнаружить новую пропажу. Сегодня вышивка, завтра ноутбук? Или документы? А может, наш свадебный альбом – потому что там я «слишком ярко накрашена»?

Данило молчал. Его взгляд метался от списка к жене, затем к пустой полке в ванной, видневшейся через приоткрытую дверь. Он любил Ларису. И при этом отлично знал её характер – привычку «делать как лучше», не спрашивая чужого мнения. Раньше это касалось его детских игрушек и постеров на стене, и он просто терпел. Теперь же удар пришёлся по его жене.

– Лариса сказала, что ты её ударила, – глухо произнёс он.

– Ты правда в это веришь? – Оксана посмотрела прямо ему в глаза.

Он отрицательно качнул головой.

– Нет. Ты и муху не тронешь.

Он тяжело вздохнул, смял листок и убрал в карман.

– Я с ней поговорю. Серьёзно. И… переведу тебе деньги за всё это. Пусть не сразу, частями, с премий.

– Мне не нужны отдельные переводы, Данило. У нас общий бюджет. Мне важно другое: чтобы ты понял – твой дом здесь. Со мной. И защищать ты должен меня. Даже если речь о Ларисе.

– Понял, – он подошёл и обнял её. От него пахло дорогой и усталостью. – Прости. Не стоило оставлять вас одних. Я ведь догадывался, что всё может так закончиться, но надеялся, что обойдётся.

– Чудес не бывает, – прижавшись к его плечу, тихо ответила она. – Бывают только надёжные замки и чёткие границы.

Следующие полгода Лариса не давала о себе знать. Обида оказалась глубокой. Всем родственникам она рассказывала, какая ужасная женщина досталась её сыну, как та обобрала несчастную Ларису и буквально выставила её на улицу. Родня сочувствовала, охала и ахала, но почему-то не стремилась наведаться к Оксане и Данило в гости. Видимо, опасались за собственные вещи.

Со временем страсти поутихли. Первым на контакт вышел Данило – позвонил Ларисе в день рождения. Беседа получилась сухой и напряжённой. Лариса настаивала на извинениях со стороны невестки. Данило твёрдо ответил:
– Лариса, Оксана защищала свой дом. Если ты хочешь общаться, придётся принять наши правила. В нашем доме ты гостья, а не проверяющая.

Лариса бросила трубку. Однако спустя месяц отправила посылку: банку варенья и тёплые носки для сына. Для Оксаны внутри ничего не оказалось. Но её это не задело. Главное – в коробке не было ни советов, ни наставлений о том, как правильно жить.

С тех пор свекровь в гости не приезжала. Данило сам навещал Ларису раз в полгода, помогал по хозяйству, привозил продукты. А Оксана оставалась дома, наслаждаясь тишиной, уютом и ощущением, что каждая вещь находится именно там, где она её оставила.

Иногда, проходя мимо входной двери, она невольно смотрела на замок. Небольшой блестящий механизм стал для неё символом свободы. Урок оказался дорогим, но внутренний покой того стоил. А джинсы она купила новые – даже лучше прежних. И специально выбрала модель с самыми большими дырками из всех, что смогла найти.

Благодарю за прочтение! Ставьте лайк, подписывайтесь на канал и напишите в комментариях, как вы отстаиваете свои границы перед родственниками.

Продолжение статьи

Антон Клубер/ автор статьи

Антон уже более десяти лет успешно занимает должность главного редактора сайта, демонстрируя высокий профессионализм в журналистике. Его обширные знания в области психологии, отношений и саморазвития органично переплетаются с интересом к эзотерике и киноискусству.

Какхакер