В комнате повисла гнетущая тишина, и даже муж выглядел сбитым с толку, хотя поспешил отвернуться. Ярослав застыл на диване, а телефон выскользнул у него из ладоней. Он приоткрыл рот, словно собирался вмешаться, но так и не решился произнести ни слова. Вместо этого опустил глаза, будто рассчитывая, что всё уляжется само собой. Его руки покоились на коленях, пальцы беспокойно постукивали по джинсам. Было заметно, что ему не по себе, однако он предпочёл остаться сторонним наблюдателем, а не вступать в спор.
Дарина медленно распрямилась, словно стряхнула с себя чужое давление, и посмотрела на свекровь уже без прежней мягкости. Спина вытянулась, подбородок чуть приподнялся, плечи расправились. В её взгляде появилась холодная ясность человека, который принял окончательное решение. Пальцы невольно сжались в кулаки, но она сразу разжала их, заставив себя сохранять самообладание. Дыхание стало размеренным и глубоким, чтобы унять бешеный ритм сердца. Внутри всё бурлило, однако внешне она оставалась невозмутимой. Дарина понимала: сейчас нельзя позволить чувствам взять верх.
Стало очевидно, что дело вовсе не в характере или советах. Речь шла о попытке занять место хозяйки. Тамара не ограничивалась помощью или рекомендациями. Шаг за шагом она старалась вытеснить Дарину из её же квартиры. Каждый визит становился очередным шагом к установлению собственных правил и порядков. И сегодня это проявилось особенно ясно. Свекровь добивалась признания своего превосходства, хотела, чтобы Дарина согласилась с тем, что здесь она ничего не решает. Это была прямая претензия на чужую территорию.
Дарина прошла в комнату, вынесла папку с бумагами и, вернувшись, спокойно положила её на стол. Её движения отличались точностью и сдержанностью, без суеты и резкости. Она раскрыла папку, пролистала страницы и извлекла нужный документ. Лист находился в прозрачном файле, печати и подписи читались отчётливо. Свидетельство о праве собственности на квартиру. Дарина аккуратно положила его перед Тамарой — не бросила, не подтолкнула, а именно положила, подчёркнуто спокойно.
Документ лег перед Тамарой ровно, без театральных жестов. Дарина не стала ничего объяснять или комментировать — всё было ясно и без слов. В свидетельстве чёрным по белому значилось имя владельца. Дата оформления — задолго до свадьбы. Никаких других фамилий, никакой долевой собственности. Только Дарина. Свекровь наклонилась ближе, чтобы внимательнее изучить бумагу. Её глаза быстро пробежались по строчкам, лицо постепенно меняло выражение.
