— Мария, я не хочу туда.
— Тогда становись в социальную очередь. Это займёт больше времени, зато в итоге будет своя комната. С бумагами я помогу.
— А пока очередь движется — мне где жить?
— Временно снимай жильё. Я дам денег на первые два месяца, дальше придётся самому.
— Я же не работаю.
— Для пенсионеров есть варианты. Охранник, гардеробщик — это вполне реально. Могу поспособствовать с поиском.
Он опять притих. Мария не торопила, просто ждала.
— Ты всё уже решила за меня, — произнёс он наконец.
— Я лишь предлагаю варианты. Решение всё равно за тобой.
— А если я скажу, что хочу просто остаться у тебя?
— Я отвечу «нет».
— Даже если попрошу?
— Иван. Нет.
Он тяжело и протяжно вздохнул.
— Хорошо. Приеду, возьму деньги. И про документы расскажешь подробнее.
— Договорились.
В субботу он приехал. Мария приготовила обед, и они поели почти спокойно — без ссор и гнетущих пауз. Он расспрашивал о школе, она отвечала. Потом осторожно заговорил про Львов — отрывками, будто сомневался, интересно ли ей слушать. Она слушала внимательно.
После обеда Мария подробно объяснила, какие документы нужны, продиктовала адреса и крупно записала всё на листке. Он вчитывался, иногда уточнял детали.
— Непросто всё это, — заметил он.
— Где потребуется, помогу. Не один же пойдёшь.
Он посмотрел на неё пристально.
— Ты злишься на меня.
— Уже нет.
— А раньше?
— Раньше — да. И довольно долго.
— Понимаю, — тихо сказал он.
Мария убрала со стола. Иван продолжал разглядывать лист с адресами, затем аккуратно сложил его и спрятал во внутренний карман пиджака.
— Спасибо, — произнёс он просто.
— Не за что.
К вечеру он ушёл. Не так, как в прошлый раз — тогда после него осталось тяжёлое, давящее ощущение. Сейчас всё было иначе: человек пришёл, пообедал, ушёл.
Мария перемыла посуду и вышла на балкон. Апрель выдался холодным, но сухим. Во дворе пожилой мужчина выгуливал маленькую собаку — та тянула поводок к кустам и упрямилась, не желая идти дальше. Хозяин терпеливо ждал.
Мария смотрела вниз без особых мыслей. Просто стояла и дышала прохладным воздухом.
Через неделю Иван позвонил сам. Сообщил, что сходил по одному из адресов: ему объяснили порядок очереди, часть документов он уже собрал. Голос звучал иначе — не просительно, а более уверенно.
— Долго ждать? — спросила Мария.
— Говорят, год, может, полтора.
— Ничего, это вполне реально.
— Да. — Он сделал паузу. — Я устроился на работу. Гардеробщиком в библиотеке. Платят немного, но всё же дело.
— Это хорошо.
— Ты была права, — добавил он. — Что не пустила. Сначала я злился, а потом понял.
Мария ответила не сразу.
— Просто живи, Иван, — сказала она наконец. — Обустраивайся.
Они попрощались. Мария отложила телефон и вернулась к тетрадям — на столе лежала целая стопка. За окном сгущались сумерки, в соседнем доме одно за другим загорались окна.
В квартире было тихо и привычно. Мария стол, Мария книги, Мария вещи. Марта фотография на полке — та самая, где Марта молодая и смеётся, щурясь на солнце.
Мария взяла красную ручку, раскрыла первую тетрадь и принялась проверять.
