Глаза Дарины распахнулись всё шире.
— Что вы такое говорите? Какая гадость… Я прихожу сюда навещать Никиту и Богдана. Я готовлю для них…
Не выдержав, Дарина всхлипнула, а затем разрыдалась в голос и бросилась на кухню. Наталья направилась следом.
Её раздражение будто растворилось без следа.
— Мне нужны объяснения. Зачем ты выдумала, что учишься в медицинском? И про маму, умершую от рака, тоже неправда?
Дарина странно затрепетала, обернулась к Наталье и внезапно вцепилась в её руку.
— Вы моя настоящая мама!
— Я?!
— Вы, — кивнула Дарина. — Я специально нашла вас. Двадцать лет назад вы родили меня и отказались. А моя мама… моя вторая мама… работала санитаркой в том роддоме. Она взяла меня к себе и вырастила. Перед смертью рассказала всю правду. Сказала, что родила меня не она.
Наталья молчала, не отрывая взгляда от девушки.
Прошлое, которое она столько лет скрывала от мужа и детей, внезапно обрело плоть и кровь — в этой нескладной, растерянной девушке.
Дарина вытерла слёзы кулаком и торопливо заговорила:
— Мама часто упрекала меня, что я выросла некрасивой. Стыдилась меня, пугала детдомом. Я никогда не чувствовала от неё тепла, ей было тяжело со мной. А перед смертью она рассказала о вас. У меня были все ваши данные. Она случайно увидела вас в магазине десять лет назад и узнала. Вы её — нет. Она наблюдала за вами, поняла, что вы вышли замуж, родили ещё детей… Поэтому найти вас оказалось несложно.
А потом подвернулся случай: в больницу, где я работала, попал ваш муж. Я услышала, что вы ищете сиделку, и сразу подошла. Мне так хотелось понравиться вам, что я солгала про незаконченное медицинское образование. Думала, так у меня будет больше шансов.
Наталья продолжала ошеломлённо смотреть на девушку, которая могла быть её дочерью.
И была ею.
Она вспомнила тот ужас первой незапланированной беременности, когда юную мать никто не поддержал…
Ни мужчина, от которого она родила, ни отчим, ни вечно раздражённая жизнью мать…
Тогда ей, глупой девчонке, никто не протянул руку помощи.
…После родов Наталья подписала отказ и уже на следующий день сбежала из роддома, не вынеся детского плача.
Позже, придя в себя, она не раз раскаивалась. Но тогда ей казалось, что нужно срочно устраивать личную жизнь.
Жить в доме отчима было невыносимо: он постоянно попрекал Наталью, не давал ей покоя, превращая её существование в мучение.
Она болезненно прикусила губу, вспомнив ныне покойного отчима.
Человек он был грубый: поднимал руку на её мать, обижал Наталью.
Высокий, почти под потолок, грузный, нескладный — как Дарина.
И всегда внушал страх.
***
Слёзы катились по щекам Натальи. Она подняла глаза на Дарину и, дрожа, протянула к ней руки.
— Неужели ты моя дочь? Я всё думала, какой ты выросла, что с тобой стало… Девочка моя…
Наталья прижала её к себе и, задыхаясь от рыданий, гладила по спине и плечам.
— Почему же ты сразу не сказала?
Дарина тоже плакала, всхлипывала, но крепко обнимала Наталью.
Удивительно, но в тот миг Наталья окончательно признала её своей — и сердце откликнулось.
— Я боялась… Думала, вы меня прогоните. Прикажете молчать. Скажете, что я вам не нужна… Я ведь никому не нравлюсь. Я некрасивая, меня сторонятся, стыдятся!
Наталья отрицательно качала головой:
— Неправда! Ты добрая, умная, у тебя светлая душа! Прости меня… если сможешь… за тот отказ.
Эпилог
Однажды Наталья вернулась в квартиру, где жила вместе с дочерью, и не смогла открыть входную дверь.
Её охватил холодный страх: пакет с продуктами выпал из рук, она принялась колотить в дверь.
— Анастасия! Ответь! С тобой всё в порядке?
Из соседней квартиры вышла женщина и встревоженно засуетилась рядом.
— В квартире девочка! Ей могло стать плохо! А вдруг газ не выключила? Или упала, ударилась головой! — сбивчиво кричала Наталья на весь подъезд. — Нужно вызывать спасателей, вскрывать дверь!
Но позвонить она не успела: замок щёлкнул, и на пороге показалась Анастасия.
— Перестань орать и устраивать спектакль перед соседями! — резко сказала она. — Я слышала, у тебя объявилась дочь? Оказывается, ты родила и бросила в роддоме Дарину? Поздравляю. Значит, я тебе больше не нужна. Вот и иди к своей Дарине, раз вы теперь счастливы. А обо мне забудь. Квартира моя — так ей и передай. Делить жильё я не собираюсь!
Наталья растерянно выдохнула:
— Что ты говоришь, Анастасия? Никто тебя не обделяет!
— Конечно, — усмехнулась дочь. — Из-за тебя папина квартира досталась Никите, а мне — ничего! Я отсюда не уеду. А если потребуется, рожу ребёнка и пропишу его здесь!
Дверь захлопнулась, в замке повернулся ключ.
Соседка молча перекрестилась, покачала головой и скрылась у себя.
Наталья тоже ушла.
Больше месяца она скиталась по родственникам. С работы её фактически вынудили уйти, а искать новую сил не было. Она пребывала в тяжёлом состоянии.
Чтобы не стеснять родных, у которых жила, Наталья часто уходила в парк и часами сидела на скамейке, чувствуя себя бездомной.
— Мама, что ты здесь делаешь? — внезапно раздался знакомый голос.
Она обернулась — позади стояли Дарина и Никита.
— Мам…
— Мамочка…
Оба бросились к ней, перебивая друг друга.
— Мам, возвращайся домой. Папа давно тебя простил, — сказал Никита.
Наталья кивнула, не размыкая объятий.
— Я бы давно вернулась… но мне стыдно.
— Да что тут стыдиться? Всё уже позади.
Она поцеловала сына в лоб и посмотрела на Дарину. Та тихо покачала головой:
— Богдан вас простил.
Дарина умолчала о том, что Богдан, оправившись после болезни, предложил ей выйти за него замуж, несмотря на разницу в возрасте.
Но она сразу отказалась, убеждая его одуматься.
Она серьёзно поговорила с ним, восхваляя Наталью.
— Не совершайте глупость, Богдан! — горячо убеждала она. — У вас нет ко мне чувств. Вам просто дорога моя забота. Я младше вас на двадцать лет. Даже если соглашусь, мной будет двигать лишь расчёт.
Но есть человек, которому вы действительно нужны.
Это Наталья, ваша бывшая жена! Вы бы знали, как она страдает!
Лучше неё вам не найти.
Дарина сделала всё возможное, чтобы вернуть мать в семью.
И у неё получилось.
конец
