И главное — в ход шли мои продукты. Тот самый творог, деревенские яйца, качественное сливочное масло, запасы орехов и бельгийский шоколад таяли с угрожающей быстротой.
Семейный бизнес — это когда прибыль делится «по-честному», то есть оседает у родни, а все траты распределяются «по-семейному», иначе говоря, полностью ложатся на твои плечи.
Каждый вечер я заходила на кухню, которая больше напоминала филиал мукомольного предприятия. Столешница была заляпана липкими разводами, противни громоздились в раковине, а в воздухе висел такой плотный аромат ванили, что у меня начинал подёргиваться глаз. Галина, сославшись на творческое истощение, удалялась к себе домой, прихватив выручку. Максим же, устроившись среди крошек, с умным видом рассуждал о том, как важно дарить людям в возрасте ощущение собственной значимости. Мыть посуду «генеральному директору стартапа» статус, разумеется, не позволял.
Ровно неделю я молча наблюдала за этим представлением, лишь усмехаясь про себя и мысленно сводя баланс. Скандалы — инструмент для слабых. Женщина с головой действует иначе: она оперирует фактами.
К слову, небольшой хозяйственный лайфхак: пригоревшая карамель легче всего отходит, если залить её кипятком. А чрезмерную предприимчивость отлично нейтрализует подробная смета. Стоит присыпать чужую наглость сухими цифрами — и она растворяется быстрее, чем след от вишнёвого сока под слоем соли. Пользуйтесь, дорогие.
В пятничный вечер я собрала «совет директоров» за столом. Галина как раз укладывала в коробку очередной трёхъярусный шедевр для клиента на завтра. Максим пил чай, демонстративно отставив мизинец, словно подтверждая своё аристократическое происхождение.
— Галина, — мягко произнесла я, глядя прямо в её беспокойные глаза. — У меня для вас не самые приятные новости. Ваша кондитерская территория закрывается на реконструкцию.
Максим нахмурился, изображая возмущённого мыслителя, которого отвлекли от великих раздумий.
— Кристина, что за неуместный прикол?
