«Наконец-то нас ждёт тихий Новый год», — с этой мыслью Ганна расставляла на журнальном столике вазочки с конфетами. В квартире в тот вечер чувствовалось особое, почти трепетное тепло. Богдан возился на кухне, колдуя над своим фирменным салатом — тем самым, без которого не обходилось ни одно семейное торжество и который обожали дети с внуками.
Впервые за многие годы супруги решились на небольшой эксперимент — провести праздник вдвоём. Без лишней суеты, без гомона и беготни. Просто посидеть рядом, как когда-то в юности, когда у них ещё не было ни детей, ни внуков, а впереди простиралась целая жизнь.
Ганна аккуратно поправила скатерть, ладонью разгладила едва заметные складки. На душе было светло и спокойно. За полвека совместной жизни они с Богданом научились понимать друг друга с полувзгляда. И сейчас каждый занимался своим делом, но ощущение единства не исчезало.
Резкий звонок телефона нарушил их размеренную подготовку.
— Мамочка, выручай! — в трубке взволнованно звучал голос Оксаны, с той самой интонацией, которую Ганна распознавала мгновенно. Такой тон обычно означал просьбу. — Нас с Сергеем друзья позвали на дачу, компания будет без детей. А малышей куда? Можно к вам Павла и Злату на праздники?
Ганна замялась. Внуки — это счастье, но они так рассчитывали на тихий вечер… Её взгляд скользнул по мигающим огонькам гирлянды и маленькой искусственной ёлочке, которую в этом году поставили вместо большой.
— Оксана, мы вообще-то собирались… — неуверенно начала она.
— Мам, ну пожалуйста! — перебила дочь. — Когда мы вообще отдыхали в последний раз? Это же ваши родные внуки!
В её голосе послышались знакомые требовательные нотки. С детства Оксана говорила так, когда очень чего-то хотела. И почти всегда добивалась своего — родители не умели отказывать единственной дочери.
Спустя пару часов телефон зазвонил снова. Теперь на связи был сын Игорь.
— Папа, мама, выручайте! — в его голосе звучала мольба. — Мы с Лесей купили путёвку на море, Назарa хотели оставить у её родителей, но они заболели. Можно он поживёт у вас на праздниках?
Богдан вышел из кухни, вытирая руки полотенцем. Он встретился взглядом с женой и тяжело вздохнул.
— Ганна, может, всё-таки не стоит? — тихо произнёс он, когда разговор завершился.
— А как иначе? — она беспомощно развела руками. — Не оставлять же детей без присмотра…
Оставшийся вечер прошёл в молчании. Каждый погрузился в свои мысли. Ганна прикидывала, где уложить троих ребят в их небольшой квартире. Богдан мрачно представлял, как их спокойный праздник обернётся шумной кутерьмой.
Через день уютное жильё стало напоминать детский сад. Павел и Назар, девяти и десяти лет, носились по коридору, устраивая бесконечные догонялки. Восьмилетняя Злата не отходила от бабушки: показывала рисунки, просила почитать и постоянно требовала внимания.
Привычный распорядок исчез в одночасье. Теперь приходилось подниматься ни свет ни заря — дети вскакивали уже в семь утра. Нужно было готовить завтрак на пятерых, следить, чтобы все умылись и оделись, мирить спорщиков из-за игрушек.
К обеду Ганна ощущала себя совершенно обессиленной. Богдан, который обычно помогал ей на кухне, теперь почти всё время проводил с мальчишками — тем требовались постоянный контроль и участие.
Она устало опустилась на стул и позвала мужа:
— Богдан, может, погуляешь с мальчишками?
