— Оксанка, — пробормотал он, словно провинившийся кот, — ну давай спокойно всё обсудим…
— Уходи, — едва слышно произнесла я.
И распахнула входную дверь настежь.
— Вот так сразу? — Мирослав стоял посреди прихожей в моём халате и домашних тапочках — потерянный, жалкий, не знающий, куда себя деть.
— Для начала переоденься, — холодно сказала я. — И мои вещи оставь здесь.
— То есть мне голым выходить, если тут всё твоё? — с раздражением бросил он.
— Почему же голым? — я усмехнулась. — Загляни на верхние полки в кладовке. Там, кажется, пылится твоя старая рубашка и джинсы. Ещё с тех времён, когда ты жил один.
Он недовольно буркнул что‑то себе под нос, но всё же отправился искать одежду. Переодевался прямо в коридоре, под моим пристальным взглядом. Натянул свои единственные джинсы и ту самую рубашку. Всё остальное — свитера, куртку, обувь — покупала я, на собственные гривны. И оплачивать гардероб человека, который мне лгал, я больше не собиралась.
Когда Мирослав наконец вышел за порог, я в тот же вечер достала телефон. Сфотографировала гитару, часы, кожаный ремень и ещё пару мелочей, подаренных ему к праздникам, и разместила объявления о продаже. Затем отыскала коробку из‑под обуви, вывела на ней маркером «на пальто» и поставила на подоконник.
Гитару забрали уже через пару дней. Часы — примерно через неделю. Ремень ушёл почти даром, но и эти деньги я аккуратно опустила в коробку — каждую купюру, каждую монету.
На развод я пришла в новом пальто. Мирослав окинул меня взглядом и презрительно скривился.
— Ты меркантильная, — процедил он.
— Да, — спокойно ответила я, даже не моргнув. От моего равнодушия Мирослав поморщился ещё сильнее. — Очень. Пять лет ты старательно это во мне воспитывал. Это ты, Мирослав, сделал меня такой.
Он продолжал говорить — о моей жадности, о бессердечии, о том, что я никогда его не понимала. Но я уже не вслушивалась. Я смотрела на его обиженное лицо и думала о том, что ради этого человека пять лет отказывала себе буквально во всём. ❤️подписывайтесь, чтобы видеть лучшие рассказы канала 💞
