Рекламу можно отключить
С подпиской Дзен Про она пропадёт из статей, видео и новостной ленты
Среди ночи меня вырвал из сна странный щёлкающий звук — Оксана нажимала на калькулятор в телефоне, подсвечивая лицо холодным светом экрана. Я приоткрыл глаз и заметил, как она пролистывает список цифр, едва слышно что‑то подсчитывая. Три часа ночи. Мы вместе всего полтора месяца.
— Ты чего? — сонно спросил я.
Она вздрогнула, но телефон не опустила.
— Бюджет считаю на отпуск. Хочу осенью на Бали.
Наш бюджет. Наш отпуск. Эти слова повисли в темноте неловко, будто я примерил чужую куртку.
Познакомились мы на корабле — я тружусь механиком на круизном лайнере, а она отправилась в рейс с подругами.
Мне двадцать восемь, ей тридцать. Разница вроде бы небольшая, но, как выяснилось позже, для неё эти два года что‑то значили.
Спустя две недели после возвращения она перебралась ко мне. Точнее, сама предложила переезд — так уверенно, словно это было очевидным шагом.
— У меня квартира крошечная, да ещё и на окраине, — сказала она тогда. — А у тебя центр, просторно. И мебель нормальная.
Моя двухкомнатная квартира досталась от деда. После его смерти жильё перешло мне — родители живут в области, в своём доме.
Оксана работала менеджером по продажам в мебельной компании. Её однокомнатная квартира была в ипотеке — уже пятый год она её выплачивала. Говорила, что денег едва хватает от зарплаты до зарплаты, хотя зарабатывала прилично.
Первые недели совместной жизни напоминали медовый месяц. Оксана готовила по утрам, расставляла по дому цветы, прижималась ко мне на диване. А потом начали всплывать мелочи.
Сначала она попросила ключ от почтового ящика — вдруг придёт что‑то важное. Затем заменила мой шампунь на дорогой, от которого у меня чесалась кожа головы. Потом передвинула дедов письменный стол в угол — мол, он занимает всю стену, надо освободить пространство.
Я ничего не говорил. Списывал на притирку — так бывает.
А потом состоялся тот разговор.
Суббота. Я собирался встретиться с Александром, другом ещё со школьных времён. Он позвал в свою мастерскую — восстанавливает старые мотоциклы, обещал показать редкий экземпляр. Оксана заметно помрачнела.
— Опять к своему Александру? Может, пора уже нормально познакомить меня с друзьями, а не пропадать в гаражах?
— Познакомлю, конечно. Он как раз зовёт в гости на следующей неделе, с женой.
— Через неделю, — протянула она. — А сегодня ты снова меня оставляешь одну.
Я замер с курткой в руках.
— Оксан, мы же это обсуждали. Я предупреждал.
— И что? Предупредил — и всё? Я надеялась, что ты передумаешь.
В её голосе прозвучала жёсткость, которой раньше не было. Она подошла вплотную и взяла меня за руку.
— Давай лучше съездим на распродажу, там куча магазинов. Мне пальто нужно присмотреть.
— Я уже договорился.
— То есть тебе важнее я или какой‑то мотоцикл?
Я аккуратно высвободил руку.
— Дело не в этом. Александр — мой друг. Мы раз в месяц встречаемся, это наша традиция.
Она отвернулась, сложив руки на груди.
— Понятно. Значит, твои традиции для тебя важнее моих чувств.
Я всё же поехал к Александру. Вечером слушал его рассказы про карбюраторы и почти не вникал. Телефон молчал — Оксана не писала. Вернулся около девяти. Она сидела на диване с ноутбуком и даже не взглянула в мою сторону.
— Привет, — сказал я.
— Привет, — отозвалась она сухо.
На экране была открыта таблица с цифрами. Я наклонился ближе — колонки с подписями: «Аренда», «Коммунальные платежи», «Питание», «Развлечения».
— Что это?
Она повернулась ко мне с видом человека, готового объявить важное решение.
— Я тут подумала. Моя квартира пустует. Я живу здесь, а там только коммуналку оплачиваю. Давай её сдавать? Можно получать тысяч сорок пять.
— Ну… — протянул я, ещё не понимая, к чему она ведёт.
