Она захлопнула коробочку, вернула её в карман куртки и направилась в гостиную. Опустившись на диван, укрылась пледом и долго смотрела в потолок.
Вернуться в спальню к Зоряну она так и не решилась.
***
Утром Оксана готовила завтрак. За всю ночь она не сомкнула глаз и теперь ощущала странную отстранённость — будто наблюдала за своей жизнью со стороны.
Зорян появился на кухне около девяти. Он выглядел воодушевлённым.
— Доброе утро! Кстати, у меня сегодня день рождения.
— С днём рождения.
Оксана даже не обернулась, чтобы обнять его или поцеловать. Она молча переворачивала оладьи, не сводя глаз со сковороды.
— Как-то слишком формально поздравила.
— Я поздравила. Оладьи сейчас будут готовы.
Зорян замолчал. Она чувствовала его взгляд, но не поднимала головы.
— Ладно, — произнёс он после паузы. — Пойду умоюсь.
Когда он вышел, Оксана выключила плиту и опустилась на стул. Решение она приняла ещё ночью, лёжа на диване и глядя в темноту.
Ни скандалов, ни слёз, ни криков, ни унижений — этого не будет.
К полудню начали собираться гости. Пришли друзья Зоряна — Никита и Габриэль.
С ними — их жёны Кристина и Полина. Ирина появилась вместе с мужем Всеволодом.
Все принесли подарки, обнимали именинника, осыпали его пожеланиями.
Марфа носилась между взрослыми, демонстрировала каждому свою резиновую уточку и требовала внимания. Гости умилялись, гладили её по голове, отмечая, как она подросла.
Оксана накрыла стол в гостиной: салаты, закуски, горячее.
Аккуратно расставила тарелки, разложила приборы. Все заняли свои места.
Никита откупорил шампанское — пробка с хлопком ударилась о потолок.
— Ну что, Зорян, тридцать пять — мужик снова в самом соку!
— Да какие тридцать пять? Ему всегда двадцать!
Раздался смех. Зорян принимал поздравления, наполнял бокалы, отпускал шутки.
Он наслаждался тем, что оказался в центре внимания.
— А Оксана ещё не вручила подарок! — заметила Кристина. — Оксана, ты что-то подготовила?
Зорян повернулся к жене с улыбкой.
— Сейчас будет лучший сюрприз. Оксана, ты ведь постаралась?
— Я сейчас.
Она поднялась из-за стола и ушла в спальню. Вернулась через минуту.
Зорян взглянул на неё — и побледнел. В ушах жены блестели серьги, которые он покупал для той молоденькой.
Оксана спокойно заняла своё место напротив него, взяла бокал с компотом и подняла его.
— Хочу сказать тост.
Разговоры стихли, все посмотрели на неё.
— За моего дорогого мужа. И, конечно, за себя — ведь лучший подарок для него это я.
Мужчина должен ценить и беречь то сокровище, которое имеет, если не хочет его утратить.
Гости улыбались, не улавливая подтекста. Лицо Ирины напряглось: её взгляд метнулся от Оксаны к Зоряну и обратно.
На последних словах Оксана перестала улыбаться. Она встретилась глазами с мужем и увидела, как он сглотнул.
Его кадык нервно дёрнулся.
Он понял всё.
— Ну, за это и выпьем! — Зорян попытался изобразить улыбку, но она вышла неловкой. — Оксана, ты как всегда…
Фразу он не договорил. Бокалы звякнули, гости принялись за еду.
Никто не заметил, как Зорян старательно избегает взгляда жены и как Оксана сидит неподвижно, не сводя с него глаз.
***
К девяти вечера гости разошлись. Ирина уходила последней.
Она задержалась в прихожей, пока Всеволод помогал Климу одеться.
— Оксана, что происходит?
— Потом обсудим.
— Эти серьги…
— Потом.
Ирина долго смотрела на сестру, затем кивнула и вышла. Дверь тихо закрылась.
Марфа уже спала. За день она набегалась и уснула прямо на диване в одежде.
Оксана отнесла её в детскую, переодела в пижаму, аккуратно укрыла одеялом. После этого вернулась на кухню и стала мыть посуду.
За спиной послышались шаги. Зорян вошёл и остановился в дверях.
— Оксана.
