— Леся, давай спокойно всё обсудим, ты сейчас сама не своя… — жалобно протянул Макар, уже понимая, что происходит нечто необратимое. В её взгляде читалась не просто обида — там было твёрдое, окончательное решение.
— Как раз наоборот! Впервые за два года я полностью в себе! — с этими словами она резко подтолкнула его в спину.
Макар вылетел на лестничную площадку и чудом удержался на ногах. В рваной футболке, раскрасневшийся, униженный, он стоял, тяжело переводя дыхание.
***
В коридоре воцарилась гнетущая тишина. Родственники Макара прижались к стенам, словно стараясь стать незаметными. Леся медленно повернулась к ним. Грудь её часто вздымалась, волосы растрепались, но во всём облике чувствовалась победа.
— Ну? — произнесла она негромко, однако от этого короткого слова у Бориса нервно дёрнулся глаз. — Кто следующий? Или сами всё поймёте?
— Мы… мы уже собираемся, — пробормотала Мелания, поспешно хватая сумку. — Борис, пойдём. Жанна, детей бери!
— Но куда мы ночью пойдём? — пискнула Жанна.
— Меня это не волнует, — отчеканила Леся. — В гостиницу. На вокзал. К Макару под мост. Пять минут. Время пошло.
Она демонстративно взглянула на наручные часы.
Сборы начались мгновенно. Никогда ещё чемоданы не закрывались так быстро. Они метались по квартире, хватая вещи и избегая встречаться глазами с хозяйкой.
В дверях они наткнулись на Макара, всё ещё стоявшего на площадке и не способного осознать происходящее.
— Ну и удружил ты нам, Макар, — зло бросил Борис, протискиваясь с тюком к лифту. — Пригласил, называется. Совсем у тебя жена ненормальная.
— Да иди ты! — огрызнулся Макар. — Я же хотел как лучше!
— Дурак ты, братец, — прошипела Жанна, протаскивая детей мимо него. — Теперь из‑за тебя на вокзале ночевать. Больше к тебе ни ногой.
Они зашли в лифт, даже не предложив Макару поехать вместе. Двери сомкнулись, отрезав его от той поддержки, которой он так гордился.
Леся стояла в проёме двери. Рядом с ней, словно охрана, выстроились Богдан с монтировкой — на всякий случай — и Полина с Кристиной.
Макар посмотрел на жену и впервые увидел её такой. Не мягкой, домашней Лесей, а женщиной, способной отстоять своё. Его охватил страх. А вместе с ним пришло ясное понимание потери. Просторная тёплая квартира, вкусная еда, деньги жены, привычный комфорт — всё это за какие‑то десять минут его глупости и жадности рассыпалось в прах.
— Лесь… — прохрипел он. — Ну мы оба погорячились. Давай я зайду, спокойно поговорим. Они же уже уехали.
Он попытался улыбнуться, но вышло жалко и криво.
Леся смотрела на него без тени сочувствия. Ярость уже схлынула.
— Твои вещи завтра соберу в мешки и оставлю у консьержки, — ровно сказала она. — Ключи отдай.
— Леся, ты не имеешь права так поступать! Мы же семья! — попытался он надавить на жалость.
— Мы не семья, Макар. Для тебя я — источник удобства. А ты для меня — ошибка.
Она сделала шаг назад и с грохотом захлопнула тяжёлую дверь. Замок щёлкнул.
Макар остался один в тусклом свете подъезда. Тонкая футболка холодила кожу. Внизу, на улице, его родственники ругались, вызывая такси до дешёвого хостела. Ему же идти было некуда — разве что в заводское общежитие с комнатой на четверых, где пахло потом и безысходностью. Он прислонился лбом к холодной бетонной стене и тихо завыл от бессилия. В эту ловушку он загнал себя сам, и выхода не виделось.
За дверью Леся опёрлась спиной о дерево и закрыла глаза.
— Воды? — тихо спросила Полина.
— Вина, — выдохнула Леся и впервые за вечер улыбнулась. — И закажите пиццу. Теперь у нас много свободного места.
Богдан одобрительно хмыкнул, убирая монтировку.
— Крепкий он, конечно, был, но ты его сделала, Леська. Я даже испугался.
— Я тоже испугалась, — призналась она, разглядывая свои руки. — Но знаете что? Мне это понравилось.
В квартире Степана наконец воцарился порядок. Пусть повсюду валялись игрушки и в воздухе ещё чувствовалась строительная пыль, но это был её, Леси, порядок.
Имя *
Email *
Сайт
Комментарий
Сохранить моё имя, email и адрес сайта в этом браузере для последующих моих комментариев.
