— Не буду звонить.
— Это ещё почему?
— Потому что я не чувствую себя виноватой. Она влезает в нашу жизнь: делает дубликаты ключей без разрешения, уносит наши вещи.
— Ты моя жена. Обязана уважать мою Ларису.
— А она обязана уважать меня?
— Она и так тебя уважает. Просто ты всё воспринимаешь слишком остро.
Я молча поднялась, накинула куртку.
— Пройдусь немного.
Вышла на улицу. Шла без цели. Слёзы сами катились по щекам — стирала их ладонью, но они появлялись снова.
В пятницу Лариса явилась без всякого предупреждения. Ни звонка, ни сообщения. Я услышала, как в замке повернулся ключ, и у меня всё внутри сжалось. Торопливо вышла в прихожую.
Дверь распахнулась. На пороге стояла Лариса — с сумкой, в пальто. Заметив меня, она на мгновение замерла, затем натянула улыбку.
— О. Ты дома? Не ожидала.
— Дома.
Она прошла мимо, сняла пальто, аккуратно повесила его, разулась и направилась на кухню. Я осталась в коридоре, глядя ей вслед, чувствуя, как внутри закипает злость.
Через пару секунд пошла за ней.
Лариса уже распахнула холодильник и внимательно изучала полки. Достала килограмм мяса — отправила в сумку. Затем упаковку сыра, триста граммов. Литр молока. Шесть йогуртов — все до одного.
Я встала в проёме и молча наблюдала. Она действовала спокойно, без суеты, словно хозяйничала у себя. Будто это её покупки. Её холодильник.
Закрыв дверцу, она повернулась и заметила меня.
— Чего уставилась?
Я не находила слов. Она подхватила сумку и направилась к выходу. Я последовала за ней.
У двери Лариса остановилась, надела пальто, обулась и посмотрела прямо на меня.
— Чего молчишь? Есть что сказать?
— Лариса, верните продукты на место.
Она усмехнулась.
— Не верну. Это моё.
— Я их купила за свои деньги.
— Они лежали в моём холодильнике. В моей квартире.
— Коммунальные оплачиваю я.
— Квартира МОЯ. Буду приходить когда захочу и брать всё, что сочту нужным. Не нравится — можешь съехать.
Она взяла сумку и ушла.
Я опустилась на пол в прихожей. Слёзы падали на колени — тихо, без рыданий.
Стало ясно: замена замков ничего не решит. Разговоры — тоже. Алексей всегда на её стороне.
Я живу в чужом доме. Где настоящая хозяйка приходит без спроса, забирает всё, что пожелает, и не считает нужным объясняться.
Вечером Алексей вернулся. Присел рядом.
— Лариса звонила. Говорит, ты её выгнала.
— Я никого не выгоняла. Попросила вернуть продукты.
— Зачем? Ей было нужно.
— А мне, по-твоему, не нужно?
— Она старше. Она мама. У неё есть право.
Я поднялась и пошла на кухню. Открыла холодильник — пусто. Совсем. Лариса забрала всё. Даже яйца. Даже хлеб.
Алексей зашёл следом.
— Чего ты добивалась? Огрызаешься — вот и результат.
— Я не огрызаюсь. Я защищаюсь.
— От кого? От Ларисы? Смешно.
Я развернулась к нему.
— Либо она перестаёт приходить без предупреждения, либо я ухожу.
Он усмехнулся.
— Уходи. Только Оксана оставь.
— Я уйду с Оксана.
— Попробуй.
Он вышел, хлопнув дверью.
Я набрала Маричка, всё ей рассказала.
— Приезжай ко мне. С Оксана. Переночуете.
— А дальше что?
— Дальше — к адвокату. И развод.
Я собрала вещи, сложила игрушки Оксана, документы. Алексей вернулся через час. Увидел сумки.
— Это что ещё?
— Мы уезжаем. Пока что.
— Куда?
— К подруге.
— Оксана оставь.
— Нет.
Он шагнул ко мне, лицо налилось краской.
— Я сказал — оставь.
Я взяла Оксана за руку.
— Пойдём, родная.
Мы вышли. Он не стал нас останавливать.
У Маричка живём уже третью неделю. Оксана спит на раскладушке, я — на диване. Маричка повторяет: оставайтесь столько, сколько потребуется.
Алексей не звонит. Лариса прислала одно сообщение: «Неблагодарная. Столько для тебя сделала. А ты вот как».
Я удалила его. И подала на развод.
Ночами лежу без сна и думаю: правильно ли я поступила? Ушла с Оксана, начала бракоразводный процесс, живу у подруги на диване. Может, стоило терпеть дальше? Не знаю.
Я завела второй канал — там рассказы👇, которых здесь не будет
