Стены в съёмной квартире были почти картонные — слышался каждый звук. Сверху грохотало что‑то тяжёлое, справа доносился телевизор, слева бранился подвыпивший сосед. Оксана лежала на диване и смотрела в потолок с жёлтыми пятнами от старой протечки. Три года. Уже три года они с Дмитрием арендовали эту квартиру на окраине. Когда въезжали, уверяли себя — ненадолго, лишь бы собрать деньги на собственное жильё.
Однако средства утекали на аренду, коммунальные платежи, продукты. Откладывать не выходило. Оксана трудилась бухгалтером в небольшой компании, Дмитрий занимался продажами. Доходы казались неплохими, но своя квартира оставалась такой же недосягаемой, как и в самом начале.
Оксана грезила о личном пространстве. Не о роскоши — просто о месте, которое будет принадлежать только им. Где можно расставить цветы на подоконнике и не выслушивать замечаний. Где ужин готовится без оглядки на чужие взгляды. Где они с Дмитрием будут одни, без посторонних.
В прихожей зазвонил телефон мужа. Оксана услышала, как Дмитрий ответил.
— Привет, Валентина. Да, дома… Завтра приедешь? Хорошо, ждём.
Оксана прикрыла глаза. Суббота. Значит, с утра появится Валентина. Как обычно. Почти каждые выходные она навещала их без предупреждения — звонила уже по дороге, просто ставя перед фактом.
— Оксана, Валентина завтра будет, — Дмитрий заглянул в комнату.
— Я слышала.
— Приготовишь что-нибудь? Валентина любит твои котлеты.
Оксана молча кивнула, поднялась и отправилась на кухню. В холодильнике нашёлся фарш и картофель — успеет всё сделать до визита.
Утром, несмотря на выходной, она поднялась в семь. Пропылесосила, вымыла полы, протёрла поверхности до блеска. Пожарила котлеты, нарезала салат, накрыла стол. К десяти квартира выглядела безупречно.
В половине одиннадцатого раздался звонок. Оксана открыла дверь — на пороге стояла Валентина с увесистой сумкой.
— Здравствуйте.
— Здравствуй, — та прошла внутрь, не разуваясь. — Дмитрий дома?
— Ещё спит.
— Спит? В такое время? Совсем избаловала мужчину.
Оксана ничего не ответила. Закрыв дверь, последовала за Валентиной на кухню. Та распахнула холодильник, внимательно осмотрела полки и недовольно поджала губы.
— Молоко почти просрочено. Зачем держишь?
— До конца срока ещё два дня.
— Два дня — это уже никуда не годится. Выливай.
Оксана без слов опустошила пакет в раковину. Тем временем Валентина инспектировала кухню: провела пальцем по столешнице, заглянула под мойку, оценила плиту.
— Вытяжка грязная. Когда мыла?
— Неделю назад.
— Неделю? Её ежедневно протирать нужно!
— Валентина, я поздно возвращаюсь с работы…
— Все работают. Это не оправдание.
Оксана стиснула губы и принялась расставлять посуду к обеду.
К полудню из комнаты вышел Дмитрий. Обнял Валентину.
— Как доехала?
— Спокойно, без заторов.
Сели за стол. Оксана подала котлеты, картофель, салат. Валентина внимательно оглядела блюда.
— Котлеты пересушены.
— По‑моему, всё нормально, — осторожно заметил Дмитрий.
— Тебе так кажется. Я сорок лет готовлю, мне лучше знать.
Оксана молча продолжала есть, думая лишь о том, что визит когда‑нибудь закончится. Нужно потерпеть ещё немного.
Но Валентина не спешила. После обеда устроилась на диване и включила телевизор.
— Оксана, сделай чаю.
Оксана заварила чай и принесла чашку. Валентина попробовала.
— Слабый. Воды больше, чем заварки.
— Могу сделать крепче.
— Уже не надо. Выпью этот.
До самого вечера она сидела в гостиной, бесконечно комментируя, поучая и находя поводы для недовольства. Оксана слушала, кивала, соглашалась. А когда дверь наконец закрылась за гостьей, ушла в ванную, заперлась и расплакалась — тихо, уткнувшись в полотенце, чтобы Дмитрий ничего не услышал.
Так проходила почти каждая неделя. Три года подряд.
Однажды Оксана всё же решилась поговорить с мужем.
— Дмитрий, может, попросишь Валентину предупреждать заранее о приезде?
— Зачем? Валентина может приходить, когда захочет.
— Мне просто неловко. Я не всегда успеваю всё подготовить.
