— Это ложь! — Марьяна резко поднялась из-за стола.
— Ложь? Нет, это чистая правда! — Светлана тоже вскочила. — Оксанка в сто раз лучше тебя как жена! Она понимает, что для женщины главное — семья, а не бесконечные амбиции!
Марьяна побледнела, пальцы предательски задрожали. Все накопленные за годы обиды, бесконечные упрёки и постоянные сравнения навалились разом, будто тяжёлый вал. Внутри что-то оборвалось.
— Мне надоело, что в моём же доме меня унижают, — отчётливо произнесла Марьяна, не понижая голоса.
Повисла гнетущая тишина. Светлана застыла с приоткрытым ртом.
— Да как ты смеешь?! — закричала она. — Неблагодарная! Я столько лет тебе объясняла, наставляла — ради твоего же блага! Хотела, чтобы ты стала нормальной женой!
— Нормальной? — голос Марьяны дрогнул от напряжения. — Вы три года сравниваете меня с Оксанкой! Повторяете, что я никчёмная хозяйка, что не умею быть женой!
— Потому что так и есть!
— Это лишь ваше мнение! Вы просто не принимаете меня такой, какая я есть. Вам нужна копия вашей дочери!
— Моя дочь — идеальная жена!
— Она выбрала свою дорогу, а я — свою. И это не делает меня хуже!
Светлана схватилась за грудь, театрально закатив глаза.
— Владислав! Ты слышишь, как она со мной разговаривает?!
Владислав поднялся, его лицо исказилось от злости.
— Марьяна, ты совсем обнаглела? Как ты можешь так кричать на мою мать?
— Я не кричу. Я защищаю себя!
— От кого? От матери, которая желает тебе добра?
— Добра? Она постоянно меня принижает!
— Никто тебя не принижает! Мама просто говорит правду! Ты и правда плохая жена: дома тебя не бывает, готовить толком не умеешь, о детях даже слышать не хочешь!
— Владислав! — Михаил резко поднялся. — Следи за словами!
— Михаил, не вмешивайтесь. Это наши дела.
— Это моя дочь. И я не позволю её оскорблять!
— Ваша дочь испортила праздник и нагрубила моей матери!
— Твоя мать три года давит на нашу дочь! — вмешалась Вера. — Мы терпели и молчали. Но всему есть предел!
— Терпели? — Светлана всплеснула руками. — Да она сама виновата! Не умеет быть женой — вот я и говорю ей правду!
— Правду? — Михаил подошёл ближе. — Вы постоянно ставите Оксанку в пример, твердите, что Марьяна ничего не стоит. Это не правда — это унижение!
— Я её воспитываю!
— Никто не просил вас воспитывать мою дочь!
— Владислав женился на ней! Значит, она обязана соответствовать нашей семье!
— Вашим меркам? — Вера обняла дочь за плечи. — Марьяна взрослая, самостоятельная, успешная женщина. Она не обязана быть чьей-то копией!
— Она обязана быть достойной женой моему сыну!
— Я достойная жена! — выкрикнула Марьяна. — Я люблю Владислава, забочусь о нём, зарабатываю для семьи!
— Деньги — не главное! — резко бросила Светлана.
— Для вас — возможно. А для меня это важно. Я хочу быть независимой, строить карьеру!
— Тогда зачем было выходить замуж?
— Потому что любила! Но любовь — это не отказ от себя!
Владислав резко схватил её за руку и повернул к себе.
— Извинись перед моей матерью. Сейчас же.
— Нет.
— Что значит — нет?
— Я не буду просить прощения за правду.
— Ты оскорбила её!
— Она три года оскорбляет меня. А ты ни разу не встал на мою сторону!
— Потому что мама права!
Марьяна вырвала руку и посмотрела на мужа так, будто видела его впервые.
— Значит, ты выбираешь её?
— Конечно! Она моя мать!
— А я — твоя жена.
— Жена обязана уважать мать мужа!
— А муж обязан защищать жену, — твёрдо сказал Михаил. — Владислав, неужели ты не замечаешь, как твоя мать издевается над Марьяной?
— Никто не издевается!
— Издевается! Постоянно! Мы надеялись, что ты одумаешься и поддержишь супругу. Но ты каждый раз становишься на сторону матери!
— Я на стороне правды!
— Какой правды? — с горечью произнесла Вера. — Что Марьяна должна бросить работу, сидеть дома и рожать по указке свекрови?
— Она должна быть нормальной женой!
— Она и есть нормальная! — Михаил обнял дочь. — Умная, самостоятельная, успешная. Мы ею гордимся. А вы только унижаете её.
Светлана задыхалась от возмущения.
— Я не собираюсь это терпеть! Не останусь здесь, где со мной так разговаривают!
— И не нужно, — Михаил указал на дверь. — Уходите. И ты, Владислав, тоже.
— Что?! — он ошеломлённо уставился на тестя.
— Это квартира моей дочери. Здесь хозяйка — она. И я требую, чтобы вы покинули её дом.
— Михаил, вы не имеете права…
— Имею. Я отец и защищаю своего ребёнка. Собирайтесь и уходите.
Владислав побледнел, переводя взгляд с Марьяны на её родителей, словно не веря, что всё происходит всерьёз.
