— Оставь, дочка, — тихо произнёс он, и в его взгляде сверкнул холодный, почти металлический отблеск.
— Отсюда видно лучше. Позволим интеллигенции показать себя во всей красе.
Мы заняли свои места. Торжество продолжалось по накатанной: дорогое шампанское щедро разливали по бокалам, звучали напыщенные и неискренние поздравления. Светлана легко скользила между столами, собирая похвалы, будто изголодавшаяся пчела, жадно впитывающая нектар.
Наконец настал апогей вечера. Свекровь взяла в руки микрофон, и шум в зале постепенно стих.
— Дорогие мои! — провозгласила она с интонацией прорицателя, снизошедшего к смертным.
— Какое счастье видеть здесь цвет нашего общества! Подлинную элиту! — Она выдержала эффектную паузу и бросила косой взгляд в сторону нашего столика у самой кухни.
— И, разумеется, наших гостей из… глубинки. Признаюсь, мне искренне жаль, что некоторые до сих пор путают вилку для устриц с чем-то более привычным для себя.
— Но мы, как настоящая столичная интеллигенция, великодушны. Мы готовы мириться с присутствием деревенщины, чтобы приобщать её к свету цивилизации!
По залу прокатился приглушённый смешок. Богдан, сидевший рядом, расплылся в самодовольной улыбке, блестящей, как начищенный медный таз, которому так и не довелось увидеть варенье.
— Мама сегодня в форме, да? — шепнул он мне, даже не подумав выразить недовольство.
Это стало последней каплей. Внутри у меня всё заледенело от ярости. Я уже собиралась подняться, но отец опередил меня — он спокойно встал из-за стола.
Дмитрий неторопливо промокнул усы белоснежной салфеткой, аккуратно отложил её в сторону и уверенно направился к центру зала. Однако подошёл он не к свекрови.
Его путь лежал к побледневшему метрдотелю, застывшему у колонны. Отец что-то негромко сказал ему и, достав из внутреннего кармана пиджака визитную карточку, протянул её.
Глаза метрдотеля расширились так, будто вот-вот выкатятся в чей-нибудь салат. Он начал поспешно кланяться. Живая музыка оборвалась на полутоне и стихла.
Отец приблизился к растерянной Светлане и без лишней суеты взял у неё микрофон.
— Добрый вечер, уважаемые представители «элиты», — его голос звучал глубоко и мягко, но в нём чувствовалась тяжесть, как мороз в Борисполе.
— Позвольте внести небольшое уточнение в сегодняшнее меню. Устрицы и правда оставляют желать лучшего. И ответственность за это лежит на моём агрохолдинге, который, по совпадению, является единственным владельцем и этого исторического здания, и ресторана «Гранд Империал». Более того, он выступает основным кредитором компании, где работает уважаемая юбилярша.
В зале установилась такая напряжённая тишина, что слышно было, как в бокалах лопаются пузырьки. Улыбка медленно исчезла с лица Светланы.
