Мама замялась всего на секунду.
— Ну… вместо тебя.
Отец кашлянул и наконец поднял глаза.
— Это только на эту поездку, Алина. Лере сейчас тяжело.
Лера прислонилась к перилам и усмехнулась:
— Только не надо делать драму. Ты можешь поехать в Европу в любой момент. А мне нужен отдых.
Я помню это ощущение очень точно: будто внутри всё сначала резко сжалось, а потом стало абсолютно пусто. Не было сразу ни слёз, ни злости, ни даже обиды. Только холод.
— Эту поездку придумала я, — сказала я. — Я за неё заплатила. Всё бронировала я. Я взяла отпуск. Всё было оформлено на меня и на вас двоих.
Мама вздохнула так, будто я начала капризничать.
— В семье надо помогать друг другу. Ты же понимаешь, что сестре сейчас нужнее.
Я посмотрела на отца, потому что всё ещё надеялась, что хотя бы он сейчас скажет что-то простое и человеческое. Что это глупость. Что так нельзя. Что они хотя бы спросят меня. Но он только отвёл глаза и тихо сказал:
— Мы уже поменяли имена в билетах.
Это было хуже всего.
Они не просто придумали всё без меня. Они сделали это заранее. Обсудили. Решили. Оформили. И только потом поставили меня перед фактом, не сомневаясь, что я смирюсь. Как смирялась всегда.
Наверное, они ждали скандала. Мама уже напряглась, Лера смотрела вызывающе, будто была готова обороняться. Но я ничего не сказала. Просто кивнула.
— Понятно, — ответила я. — Хорошего вам отдыха.
На лице мамы даже мелькнуло облегчение. Лера победно дёрнула плечом, подхватила чемодан и первой пошла к машине, которую, между прочим, тоже заказывала я. Отец пробормотал что-то невнятное, а мама на прощание сказала:
— Не обижайся, ты потом поймёшь.
