— А с чего ты это решила?
— Ты вокруг дома пройди, посмотри внимательно. С трёх сторон у них забор стоит, а со стороны твоего участка — одни колышки. Видно, искали хозяина, а тут ты подвернулась.
— Может, просто не успели всё доделать.
— Ну да, конечно. Ой, гляди, машина подъезжает. Похоже, хозяева объявились.
— Надя, тебе бы сказки сочинять.
— Иногда жизнь такие сюжеты подкидывает, что никакой сказочник не выдумает. Смотри, какой мужчина… вполне себе, а?
— Надя, хватит. У меня развод на носу, предательство за спиной. Мне сейчас точно не до мужчин.
— Тогда чего стоишь тут, словно приросла к земле?
— Спрошу у него, где колонка. Мне воды набрать нужно.
— Ну-ну, спрашивай.
Оксанка искренне не понимала, что именно подруга нашла в этом человеке «вполне себе». Лицо хмурое, ни малейшего намёка на улыбку. Даже не кивнул в знак приветствия. Встал возле машины, сунул руки в карманы и молчит. И Надя притихла — что само по себе было удивительно. Вот уж действительно, поддержка.
Наконец мужчина прочистил горло.
— Вам что-то нужно? — спросил он сухо.
— Да, дрова бы наколоть, — не удержалась Оксанка.
Он перекатился с пятки на носок.
— Могу и наколоть. Вы хозяйка этого дома?
— Именно. Раньше здесь колонка стояла. Мне вода нужна.
— Колонки больше нет. Можете набрать у меня из колодца.
— А других поблизости не осталось?
— Уже давно всё убрали.
— Ладно, тогда к вашему колодцу схожу.
— А почему сразу туда не пошли?
— Не люблю я колодцы, понятно?
— У тебя хоть питьевая вода есть? — тихо спросила Надя.
— Конечно, я не совсем без головы. Всё, поезжай домой, не накручивай меня ещё больше.
Утром Оксанку разбудил пронзительный поросячий визг. На мгновение показалось, что она снова в детстве. Только в доме не пахло свежими пирожками, никто не ходил по кухне и не хлопал дверью. Слёзы сами навернулись. Вот ведь глупость — зачем она вообще сюда приехала? Видимо, нервы сдали.
Визг повторился. Она приподнялась на кровати. Откуда здесь свинья?
К тому же за окном послышались шаги — кто-то ходил по участку, шурша травой.
— Эй! Кто там? Я сейчас полицию вызову!
— Не пугайтесь, это сосед. Мне нужно забрать у вас Гектора.
Оксанка, не переодеваясь, в пижаме вышла на крыльцо.
— Какого ещё Гектора? Что вы мне голову морочите?
— Гектор! — крикнул мужчина куда-то в заросший огород, не обращая внимания на её возмущение.
Трава зашуршала, раздалось довольное похрюкивание, и вскоре из зелени показался маленький пятачок.
— Гектор, не бойся, выходи. Пойдём домой, глупыш.
Небольшой чёрный поросёнок выбрался наружу и осторожно обогнул Оксанку. Та таких прежде не видела.
— Он породистый?
— Честно говоря, в породах я не разбираюсь.
— Зачем вам вообще поросёнок?
— Он не мой. Сам как-то забрёл ко мне во двор и устроился в сарае. Я по всему посёлку ездил, спрашивал — никто не ищет. А потом привязался к нему… Если честно, уже и не слишком усердствовал в поисках хозяев. Гектор мне как друг. Вдруг его на мясо собирались пустить, он сбежал, а я его обратно отдам?
— И как вы с таким мировоззрением в посёлке оказались?
— С каким это? — мужчина даже обиделся. — Здесь природа, воздух чистый, тишина. И город недалеко. Вы, кстати, тоже не местная.
— Почему вы так решили?
— За три года я вас тут ни разу не видел. Это раз. Огород зарос — это два. И потом… вы красивая.
— Так, — вспыхнула Оксанка, — давайте без этого. Через неделю у меня развод. Нервы на пределе. Я в таком состоянии и покалечить могу. Между прочим, я здесь выросла. Раньше у всех поросята были. И не надо так смотреть на мои руки. Я топором из сосны берёзу срублю.
— Гектор, пойдём отсюда. Нам тут небезопасно. И вы, пожалуйста, не нервничайте. Я забор ещё не поставил, а Гектору ваша трава очень нравится.
— Детей и животных я не трогаю. Всего доброго.
На следующее утро её разбудил уже собачий скулёж. Да что ж это такое. То свиньи, то сосед с утра пораньше, теперь собаки. А она ведь приехала сюда, чтобы побыть в одиночестве, привести мысли в порядок. И, если честно, вчера так и не смогла заставить себя заняться хоть чем-нибудь полезным.
