— Что ты задумала?
— Публичную казнь. Сегодня они ужинают в «Террасе» с видом на Андреевский спуск. А вы, София Марковна, должны подготовить те самые документы. О которых Тарас предпочел забыть.
Часть 3: Кровавое вино в «Террасе»
Ресторан сиял хрусталем. Публика здесь была рафинированная: политики, бизнесмены, золотая молодежь. Тарас сидел за лучшим столиком, разливая шампанское.
Напротив него сидела Анжела — яркая брюнетка с глазами, полными жадной пустоты. Она громко смеялась, демонстрируя новое колье — подарок Тараса, купленный вчера с общего семейного счета.
— Ты такой решительный, Тарасик, — ворковала она. — Я боялась, ты не сможешь выгнать эту старую мегеру.
— Я мужчина, детка. Я решаю, — самодовольно ответил он. — Она никто. Ты теперь хозяйка.
В этот момент в зал вошла Жанна. На ней было алое платье, облегающее фигуру как вторая кожа, и шпильки, острые, как стилеты. Она шла через зал, и люди невольно расступались, чувствуя исходящую от неё волну агрессивной энергии.
Тарас побледнел, когда жена подошла к столику.
— Жанна? Что ты здесь…
— Сидеть! — хлестнула она словом так, что соседние столики затихли.
— Это кто? Бывшая жена? — гнусаво протянула Анжела. — Слушай, иди отсюда, тебе ясно сказали…
Жанна медленно повернула голову к любовнице.
— Заткнись, — тихо сказала она. — Ты надела мои серьги? Те, что Тарас подарил мне на рождение дочери? Снимай. Быстро.
— Тиша подарил их мне! — взвизгнула Анжела.
— Снимай, или я сниму их вместе с твоими ушами, — голос Жанны был лишен эмоций, что пугало еще сильнее.
— Ты с ума сошла! Охрана! — закричал Тарас.
Жанна не стала ждать. Она взяла бокал с красным вином и медленно, с наслаждением, вылила его на голову Анжеле. Бордовая жидкость залила светлое платье, стекая по лицу. Любовница взвизгнула и бросилась на Жанну.
Это была ошибка. Жанна, три года занимавшаяся кикбоксингом для снятия стресса, перехватила руку девицы. Рывок — и Анжела полетела на стол, сметая посуду. Звон бьющегося стекла перекрыл музыку. Жанна схватила соперницу за волосы, заставляя ту смотреть в пол.
— Ты, дрянь! — взревел Тарас и схватил жену за плечо, пытаясь оттащить.
Жанна резко развернулась и нанесла короткий, профессиональный удар локтем в челюсть мужа. Тарас охнул и осел на пол, прижимая руку к лицу.
В этот момент в зал вошла София Марковна в сопровождении двух мужчин в строгих костюмах.
— Прекратить балаган, — распорядилась она.
Часть 4: Юридический цугцванг
— Мама? — прохрипел Тарас, поднимаясь с пола и вытирая кровь. — Ты видишь, что эта психопатка творит?
— Я вижу, что мой сын — идиот, — холодно ответила мать. — Знакомься, это господин Ковальчук, мой адвокат.
Она положила на залитый вином стол папку.
— Пять лет назад, когда я давала тебе деньги на квартиру и бизнес, ты подписал договор доверительного управления. По его условиям, в случае доказанного факта аморального поведения или попытки ущемления прав моей внучки, управление активами переходит ко мне. Или к лицу, которое я назначу.
Тарас побледнел еще сильнее.
— Мама, это формальность… мы же семья…
— Семья — это Жанна и Олеся, — отрезала София Марковна. — А ты — лишь временный распорядитель. Я официально передаю все права управления твоей фирмой и права собственности на квартиру Жанне.
Жанна подошла к мужу. Она вынула из его кармана ключи от машины и квартиры.
— Завтра в девять утра я жду тебя в офисе для передачи дел. Хотя нет, не жду. Твой пропуск будет аннулирован. Личные вещи тебе привезет курьер в общежитие.
Анжела, размазывая тушь по лицу, попыталась тихо улизнуть, но Жанна преградила ей путь.
— Колье оставь. И серьги. Это имущество компании.
Любовница, рыдая от унижения, сорвала украшения и бросила их на стол.
Часть 5: Горькое послевкусие
Казалось бы, месть свершилась. Тарас был растоптан. Но триумф оказался с привкусом пепла.
Прошел месяц. Жанна полностью погрузилась в управление бизнесом Тараса, который оказался в гораздо худшем состоянии, чем она думала — муж вымывал деньги на подарки любовницам. Она работала по четырнадцать часов в сутки.
Однажды вечером она вернулась в ту самую «его» квартиру. Тишина в гостиной была оглушительной. Олеся спала в детской, а Жанна вышла на балкон, глядя на Днепр.
