Подсчитав расходы, Оксана быстро прикинула: за месяц утекло около пяти тысяч гривен — именно столько составляли их сбережения.
— Тарас, — произнесла она однажды вечером, — мы начинаем уходить в минус.
— В каком смысле?
— Она живёт полностью за наш счёт. Её пенсия испаряется за три дня. Куда?
— На лекарства…
— Не нужно. Я вижу квитанции, которые ты оплачиваешь отдельно. Тогда где её деньги?
Он отвёл глаза в сторону. Этого было достаточно, чтобы всё понять.
Поводом для серьёзной ссоры стала куртка сына. Данило вернулся из школы с прорехой на рукаве. Оксана отправилась за нитками и обратила внимание: сумка лежала иначе, чем обычно. Молния была слегка расстёгнута.
Она пересчитала наличные — не хватало четырёхсот гривен.
За ужином Елизавета оживлённо делилась новостью:
— Купила себе на рынке платок. Четыреста гривен, зато какой красивый!
Воздух за столом словно загустел.
— Елизавета, — ровно спросила Оксана, — вы брали деньги из моей сумки?
— Что?! Ты обвиняешь меня в краже?!
— Я просто спрашиваю. Сумма совпадает.
— Тарас! — вскрикнула она. — Твоя жена считает меня воровкой!
— Елизавета… — растерянно пробормотал он.
— Я всего лишь хотела сделать себе маленький подарок! Мы ведь семья!
— Но не из моей сумки, — холодно отрезала Оксана.
Елизавета резко поднялась из-за стола:
— Всё! Ухожу к себе!
— Это не ваша комната, — тихо напомнила Оксана. — Это детская, из которой вы выселили моего сына.
Тарас посмотрел на неё с мучительной растерянностью и пошёл следом за Елизаветой.
Ночью он попытался сгладить ситуацию:
— Может, она просто перепутала…
— У нас разные сумки. Не выставляй меня дурой.
Он снова предпочёл молчание.
— Самое обидное даже не в деньгах, — прошептала Оксана. — А в том, что ты выбираешь её сторону, а не нашу.
Через две недели ей случайно попались документы: переводы Елизавете на внушительные суммы. За три месяца набежало больше десяти тысяч. Это были средства, отложенные на операцию её Елизавете.
Оксана аккуратно разложила бумаги на столе и стала ждать.
Тарас, заметив их, заметно побледнел.
— Объясни, — спокойно произнесла она.
— У неё долги… кредиты… она боялась признаться…
— Ты юрист! И даже не удосужился проверить? У нас ребёнок! Моей Елизавете нужна операция!
В этот момент в комнату вошла Елизавета.
— Значит, я вам мешаю? — дрожащим голосом произнесла она.
Оксана подняла на неё взгляд, уже готовая сказать главное — разговор был не о деньгах, а о том, без чего семья существовать не может.
