Часть I: Трещина в фундаменте
Утро Алисы началось с липкого чувства тревоги. Вещи словно ускользали из рук: любимая фарфоровая кружка разлетелась вдребезги о кафель, телефон никак не желал заряжаться, а ключи обнаружились в холодильнике. Город за окном казался серым и неприветливым, окутанным тяжелым туманом.
Звонок раздался в полдень. Это была Лидия Петровна, соседка отца по лестничной клетке.
— Алиса, деточка, — голос старушки дрожал. — Константина Юрьевича увезла скорая. Прямо из коридора забрали. Сердце, родная, сердце…
Алиса не помнила, как доехала до клиники. Белые коридоры, едкий запах хлорки и безразличные лица врачей слились в одну смазанную полосу. Доктор, усталый мужчина с темными кругами под глазами, вышел к ней лишь через час.
— Состояние стабилизировали, но прогноз осторожный. Обширный инфаркт. Ваш отец пережил колоссальное нервное потрясение. Выясните, что его так подкосило, иначе второй раз мы его не вытащим. Эмоции для него сейчас — яд.
Алиса вошла в палату на цыпочках. Отец казался маленьким и хрупким среди накрахмаленных простыней. Его сильные когда-то руки теперь бессильно лежали поверх одеяла.
— Папа… — она коснулась его пальцев.
Он открыл глаза, и в них отразилась такая глубокая печаль, что Алисе стало больно дышать.
— Ты только не сердись на него, дочка, — прошептал он. — Игорь… он просто запутался.
Игорь. Старший брат. Вечный «талантливый неудачник», который в свои тридцать пять продолжал искать себя, тратя чужие жизни и деньги. После ухода матери, которая бросила их ради «новой жизни» в столице, отец всю нерастраченную любовь вложил в сына, прощая ему долги, вранье и жестокость.
Часть II: Рыночные отношения
Алиса не стала спорить с отцом. Поцеловав его в лоб, она направилась к дому, где брат обитал вместе с родителем, несмотря на то, что у него была собственная квартира, подаренная матерью в качестве «откупных» за разрушенное детство.
У подъезда она встретила Артема, старого школьного друга. Тот курил, прислонившись к железной двери.
— К Игорю? — спросил он, сплюнув. — Зря. Он там сегодня празднует что-то. Утром они с Константином Юрьевичем так орали, что у меня на этаж ниже штукатурка сыпалась. Игорь требовал какие-то документы, кричал, что отец «засиделся на золотом сундуке». Старик упал прямо у лифта. Твой брат даже не наклонился — перешагнул и ушел в магазин за пивом. Скорую я вызывал.
Кровь закипела в жилах Алисы. Она ворвалась в квартиру, не снимая пальто. Игорь сидел в гостиной, заваленной пустыми коробками из-под пиццы, и азартно щелкал мышкой, уставившись в монитор.
— О, сестренка, — бросил он, не оборачиваясь. — Пришла нотации читать?
— Ты убиваешь его, Игорь! — крикнула Алиса. — Он в реанимации из-за тебя!
Брат лениво повернулся в кресле. Его лицо, когда-то красивое, теперь приобрело черты одутловатости и наглости.
— Не драматизируй. Старик просто умеет манипулировать. Чуть что — за сердце хватается. Слушай, раз уж ты здесь… У меня к тебе дело.
