Олег считал себя принципиальным холостяком. Он сам так себя называл и произносил это почти торжественно — так же серьёзно, как кто-то говорит «вегетарианец» или «убеждённый трезвенник». Для него это было не просто положение дел, а жизненная позиция, которую, по его мнению, окружающие обязаны принимать без лишних вопросов. В жизни Оксаны и её сына Максима он появился два года назад — и, в отличие от прочих мужчин, не растворился через пару месяцев.
— Чужой ребёнок никому не нужен, — предупреждала мама, когда Оксана решила оставить беременность, хотя отец малыша исчез сразу после того, как увидел положительный тест.
— Если мужчина полюбит меня по‑настоящему, он примет и моего ребёнка, — упрямо отвечала Оксана.
Со временем выяснилось, что материнские слова были не лишены правды. Когда боль немного утихла и Оксана рискнула снова встречаться, оказалось, что наличие маленького сына многих отпугивает. Одни исчезали после первого же разговора, другие пытались изображать готовность, но вскоре сдавались: стоило Оксане отказаться от вечернего кино в пятницу или не согласиться на спонтанную поездку за город на выходные.
Олег оказался первым, кто отнёсся к этому иначе.
— Ребёнок — это же счастье. Я обожаю детей. У меня шесть племянников, я с ними на одной волне, — уверенно говорил он.
И сначала всё выглядело почти идеальным. Когда Оксана с Максимом заболевали, Олег сам приезжал с продуктами и лекарствами. Он без колебаний брал мальчика с собой — хоть на концерт, где сажал его на плечи, чтобы тому было видно сцену, а потом нёс спящего домой на руках. Именно он научил Максима ездить на двухколёсном велосипеде, и в тот день, когда сын впервые поехал сам, Оксана смотрела на них сквозь слёзы — от счастья и благодарности.
Но иллюзия рассеялась, едва разговор зашёл о совместном будущем. Стоило Оксане осторожно упомянуть о жизни под одной крышей или о браке, как Олег становился жёстким.
— Я ведь сразу сказал: я не женюсь. Мне комфортно одному. Даже ради такой женщины, как ты, менять это не собираюсь. Но я рядом, я вас люблю и помогаю. Разве этого мало?
Слова звучали спокойно, почти ласково, но внутри у Оксаны будто расползался ожог. Она не находила убедительных доводов, однако чувствовала: быть «удобным вариантом» она больше не может. Ей нужен был мужчина, для которого она станет выбором, а не компромиссом. И однажды она прямо сказала Олегу, что между ними всё кончено.
