Надежда Михайловна едва переступала порог — и сразу принималась придирчиво оглядывать жильё, будто инспектор на проверке. Дарина устраивалась на диване по-хозяйски, закидывала ногу на ногу и начинала раздавать указания: то принести кофе, то подать сладкое, то переключить передачу. Тарас при этом делал вид, что ничего особенного не происходит.
В конце месяца Оксана получила уведомление о начислении премии. Проект их отдела успешно завершился, заказчик остался доволен, и руководство решило поощрить команду щедрым бонусом. Увидев сумму в банковском приложении, Оксана невольно улыбнулась — можно было позволить себе что-то приятное, не думая о каждом счёте.
Она решила отметить это дома, устроив уютный ужин на двоих. По дороге зашла в хороший супермаркет, купила свежую рыбу, креветки, дорогой сыр и бутылку качественного вина. Тарас особенно любил запечённую рыбу с овощами — именно её она и собиралась приготовить. Хотелось спокойного вечера без посторонних, разговоров по душам, возможно, о будущем.
Переодевшись в домашнюю одежду и надев фартук, Оксана включила музыку и занялась готовкой. Она аккуратно нарезала овощи, замариновала рыбу, разогрела духовку. Настроение было лёгким и светлым — такие минуты в последнее время выпадали редко, и она дорожила ими.
Хлопнула входная дверь — вернулся Тарас.
— Тарас, привет! Как прошёл день? — крикнула она из кухни.
В ответ — тишина. А затем раздались знакомые женские голоса, громкие и уверенные.
— Добрый вечер! — торжественно произнесла Надежда Михайловна. — Мы решили зайти к вам на ужин. Надеюсь, ты не возражаешь, Оксана?
Оксана замерла. Нож остановился в воздухе. Раздражение сжало грудь. Снова без предупреждения. Она глубоко вдохнула, вытерла ладони полотенцем и вышла в прихожую с натянутой вежливой улыбкой.
— Здравствуйте, Надежда Михайловна. Дарина, проходите.
Свекровь прошла в комнату, сняла пальто и бросила его на стул. Дарина медленно оглядела квартиру оценивающим взглядом. Тарас стоял в стороне, избегая встречаться с женой глазами.
— Ты знал, что они придут? — тихо спросила Оксана.
— Мама позвонила, когда я выходил с работы, — неуверенно ответил он. — Сказала, что были неподалёку.
— И предупредить меня ты не мог?
— Они ненадолго. Не начинай, пожалуйста.
Оксана молча вернулась на кухню. Пришлось доставать лишние тарелки, менять сервировку. Еды хватало, но ощущение праздника растворилось. Она резала хлеб, стараясь подавить растущее раздражение.
Когда стол был накрыт, она пригласила всех. Надежда Михайловна села во главе, внимательно осмотрела блюда. Дарина попробовала салат и недовольно поморщилась.
— Кисловато. Мама готовит лучше, — заметила она.
Оксана ничего не ответила, лишь разлила вино. Тарас молча ковырялся в тарелке. Свекровь попробовала рыбу, кивнула, но похвалы не последовало.
— Такой стол… — протянула Надежда Михайловна. — Тебе что, премию дали?
— Да, — спокойно сказала Оксана.
— И какую сумму, если не секрет?
— Достаточную, чтобы отложить на отпуск.
Свекровь поджала губы.
— Отдых — это, конечно, прекрасно. Но у нас с отцом Тараса одна пенсия. Я не настаиваю, однако помощь от невестки была бы кстати.
Оксана крепче сжала вилку.
— Тарас регулярно переводит вам деньги. Мы всегда обсуждаем это вместе.
— Пара тысяч гривен — смешно, — фыркнула Дарина. — При твоих-то доходах можно быть щедрее.
Лицо Оксаны вспыхнуло.
— Я не обязана обеспечивать всю семью мужа. У меня свои обязательства и планы.
— Вот, слышишь, Тарас? — всплеснула руками Надежда Михайловна. — Эгоистка! Зарабатывает больше мужа и нос задирает.
— Мама, перестань, — неуверенно пробормотал он.
— Почему перестать? Она живёт с моим сыном, пользуется его поддержкой, а думает только о себе.
— Это мои заработанные деньги, — твёрдо произнесла Оксана. — Я вправе распоряжаться ими сама.
— А Тарас, значит, никто? — Дарина откинулась на спинку стула. — Мужчина должен быть хозяином, а не приложением к жене.
— Никто его так не называет!
— Зато ты постоянно подчёркиваешь: квартира твоя, доходы твои. Мой сын у тебя как квартирант.
Внутри Оксаны будто что-то оборвалось. Всё накопленное — молчание, терпение, унижения — вспыхнуло разом. Она резко поднялась, стул с грохотом отъехал назад.
— Ещё одно замечание о моих деньгах — и вы больше сюда не придёте, — отчётливо произнесла она, глядя прямо на свекровь.
Наступила тяжёлая пауза. Тарас первым пришёл в себя. Его лицо налилось краской, он вскочил.
— Ты в своём уме? — выкрикнул он, ударив ладонью по столу. — Так разговаривать с моей матерью?!
— Я устала слушать обвинения. Это мой дом, и я решаю, кто здесь бывает.
— Твой дом? А я кто тогда?
— Ты мой муж. Но твоя мать и сестра — гости. И гости обязаны соблюдать уважение.
Надежда Михайловна схватилась за грудь.
— Ты слышишь, как она со мной? — всхлипнула она. — Я всегда знала, что эта девушка тебе не пара.
— Мама, успокойся, — Тарас обнял её за плечи.
— Как тут успокоиться? Меня унижают и выгоняют из дома моего сына!
Оксана холодно ответила:
— Это не дом вашего сына. Квартира оформлена на меня, и я больше не намерена терпеть давление и требования.
