Долгожданный день, к которому она шла два года, наконец наступил. Оксана нашла именно то жильё, о котором мечтала все это время.
Она ворвалась в их крохотную комнату, едва переводя дыхание, с сияющими глазами и телефоном в руке, на экране которого были открыты фотографии.
— Тарас, посмотри! Это она! — почти закричала она от восторга. — Просторная двухкомнатная на Парковой, огромная кухня, окна выходят во двор — тишина и зелень! Завтра утром нас ждут на просмотре. — Она засмеялась, не скрывая счастья. — Перешли мне свою часть накоплений сегодня же, чтобы мы сразу внесли задаток.
Но в ответ она увидела не радость, а странную перемену в его лице. Тарас резко побледнел, будто из него разом ушла кровь. Он сделал шаг назад, спрятал ладони в карманы и уставился в пол.
— Оксан… давай не спешить, — пробормотал он, подбирая слова. — Может, повременим пару месяцев. Или даже год. Сейчас цены какие-то сумасшедшие. Зачем нам так торопиться?
Её будто окатили холодной водой. Улыбка медленно исчезла.
— Как это — повременим? — тихо переспросила она. — Мы два года экономили на всём, чтобы дожить до этого момента. — В её голосе зазвенела тревога. — Открой банковское приложение. Сейчас же. И покажи баланс.
Под её тяжёлым, не допускающим возражений взглядом он достал телефон, зашёл в приложение и молча протянул ей. На экране светилась строчка сбережений. Цифры отсутствовали. Ноль.
— Где деньги, Тарас? — одними губами произнесла Оксана, чувствуя, как внутри всё леденеет.
Тишина в комнате стала гнетущей. И тогда всплыла правда — горькая и унизительная. Оказалось, что старший брат Тараса, тридцатилетний Владимир, год назад оформил внушительный кредит наличными, решив запустить «перспективный» бизнес. Как и следовало ожидать, его затея развалилась спустя восемь месяцев. Владимир перестал платить банку, начал скрываться, а долг вскоре оказался в руках коллекторов.
Те действовали жёстко: бесконечные звонки, угрозы судами, давление на родителей. Пожилые люди доводились до полуобморочного состояния от постоянного страха. И тогда Тарас, не сказав ни слова жене, снял все накопленные на первоначальный взнос деньги и одним платежом закрыл задолженность брата. Счёт опустел полностью. Возвращать средства Владимир, по сути, не собирался и вряд ли когда-либо смог бы.
— Хорошо… допустим, ты решил помочь брату, — выдохнула Оксана, хватаясь за виски. — Но почему ты скрыл это от меня? Ты понимаешь, что всё это время просто лгал?
Её отчаяние было почти физическим. Самым страшным для неё было вовсе не исчезновение денег.
