— Мясо томилось в духовке почти четыре часа, — спокойно добавила Оксана. — Попробуйте, может, всё‑таки понравится.
— Жестковато, — протянула Лариса, разжёвывая с видом строгого эксперта. — Олена, небось, тоже вам стряпала, когда приезжала?
— Мы готовили вместе. И, между прочим, отлично провели время.
— Ну да, Олена у нас прилипчивая, — усмехнулась Лариса. — Вечно суётся помогать, куда не просят.
Оксана предпочла не отвечать. Тарас молча плеснул себе ещё пива, будто происходящее его вовсе не касалось.
Утром, собираясь на работу, Оксана заметила на кухонном столе лист бумаги с размашистыми круглыми буквами.
— Это что ещё? — она подняла список.
— Я набросала, что купить нужно, — из ванной вышла Лариса, закутавшись в шёлковый халат Оксаны. — Вчера всё подчистили. Творог бери нормальный, жирный, а не эту безвкусную массу. И колбасу человеческую, а не сервелат.
Оксана медленно перевела взгляд на халат.
— Лариса, это вообще‑то моя вещь.
— Да ладно тебе. Полотенце было мокрое, я первое попавшееся надела.
— Оксана, только не начинай с утра, — вмешался Тарас, появившись в дверях с бутылкой в руке.
— Тарас, сейчас восемь. Ты серьёзно?
— У меня отпуск, — пожал он плечами.
Она ушла, так и не договорив. Весь день мысли путались, возвращаясь к квартире. Когда вечером Оксана открыла дверь, её словно обдало холодом.
В прихожей валялись пакеты и чужая обувь. Из кухни тянуло застоявшимся запахом — раковина была доверху забита грязной посудой. Холодильник зиял пустотой: исчезли даже продукты, припасённые на неделю вперёд. В ванной на полу лежали мокрые полотенца, зеркало было забрызгано, кран подтекал.
— Тарас! — она прошла в гостиную.
Муж растянулся на диване перед телевизором, у ног — несколько пустых бутылок.
— Что?
— Что здесь случилось?
— Да ничего особенного. Поели, отдохнули.
Оксана заглянула в спальню — и замерла на пороге. Кровать была разворочена, покрывало сброшено на пол, подушки смяты.
Она вернулась к мужу, и голос её стал тихим, почти ледяным:
— В нашей спальне кто‑то спал.
— А, Олег с Ларисой прилегли днём. Сказали, диван неудобный.
— Они лежали на нашей кровати? — отчётливо произнесла она.
— Ну и что? Подумаешь.
В этот момент из ванной вышел Олег — в майке и трусах.
— О, хозяйка дома. Слушай, тебе бы пореже в душе пропадать, а? Раз в неделю хватит. А то горячей воды на тебя не напасёшься.
Оксана посмотрела на него спокойно и жёстко.
— Олег Валентинович, это моя квартира. И я буду пользоваться водой столько, сколько сочту нужным.
— Вот характер! — расхохотался он, обращаясь к Тарасу. — Слышал?
— Оксана, перестань, — пробормотал муж, даже не приподнявшись.
Она больше ничего не сказала. Молча перемыла гору тарелок, протёрла стол, навела относительный порядок. Затем набрала номер Олены — контакт сохранился с прошлого визита.
— Тётя Олена, добрый вечер. Это Оксана, жена Тараса.
— Оксаночка! Рада слышать. Как вы там?
— Скажите, Лариса всегда так ведёт себя в гостях?
На другом конце повисла пауза.
— Она у вас давно? — осторожно уточнила Олена.
— Второй день.
— Послушай меня внимательно. Когда Лариса жила у нас неделю, после её отъезда пришлось менять замки и отдавать мебель в химчистку. Я пыталась предупредить Тараса, но Тетяна уверяла, что я сгущаю краски.
— Тетяна знала, что Лариса едет к нам?
— Конечно. Это она дала ей ваш адрес.
Оксана медленно опустила телефон.
К третьему дню Лариса так и не записалась ни к одному врачу, ради которых якобы приехала. Утром Оксана решила не ходить вокруг да около.
— Лариса, когда вы собираетесь в поликлинику? Если нужно, помогу записаться.
— Не суетись. Сначала анализы соберу. Может, на следующей неделе.
— На следующей? Вы говорили, что приедете на несколько дней.
— И что? Нам здесь удобно. Правда, Олег?
— Ага, — кивнул тот, щедро намазывая масло на хлеб. — Только хлеб вчерашний. Купи свежий.
Оксана повернулась к мужу.
— Тарас, нам нужно поговорить.
— Ну говори.
— Без свидетелей.
Они вышли в коридор.
— Так продолжаться не может, — тихо, но твёрдо сказала она. — Они не собираются никуда идти и никуда уезжать. Живут как в бесплатном отеле.
— Это моя родня. Я же не могу выставить их за дверь.
— А меня можешь? — её взгляд стал тяжёлым. — Потому что в этом доме для меня уже почти не осталось места. Мой халат носит твоя тётя. На нашей кровати спит твой дядя. Мои продукты исчезают за один день. И твоя двоюродная сестра распоряжается здесь, как хозяйка.
