Марина резко перевернула свою большую кожаную сумку и высыпала всё, что было внутри, прямо на покрывало. На постель посыпались ключи, компактная пудреница, почти израсходованная упаковка бумажных салфеток. Последним из бокового отделения выскользнул маленький прозрачный пакетик с белым порошком внутри.
Эта вещь выглядела в её сумке совершенно чужой. И от одного вида находки по спине прошёл холод: за такое, как правило, никто объяснений долго не слушает.
— Дмитрий, зайди сюда, — позвала Марина удивительно спокойным голосом, хотя взгляд её не отрывался от пакетика.
Муж, с которым она всего два дня назад расписалась в ЗАГСе, показался на пороге спальни. На шее у него висело полотенце. Но стоило ему заметить, что лежит на кровати, как он словно врезался в невидимую стену. Лицо Дмитрия мгновенно поблекло, а пальцы нервно сжались.
— Объясни, как это оказалось в моём внутреннем кармане, который застёгивается на молнию? — тихо спросила она.
— Марина, ты сейчас сама себя пугаешь, — осторожно произнёс Дмитрий и сделал шаг ближе. — Где угодно могла случайно зацепить. Давай я просто смою эту гадость в унитаз. Сейчас же. Выкинем из головы, будто ничего и не было.
Он протянул руку к покрывалу, но Марина опередила его и накрыла пакет ладонью. От Дмитрия пахло мятным лосьоном после бритья, но сквозь этот свежий запах пробивалось что-то другое — липкое, кислое, похожее на страх. Ещё вчера ей казалось, что рядом с ней человек, на которого можно положиться без сомнений.
Свадьбу они отметили скромно, в уютном ресторане за городом. Дмитрий ухаживал за ней красиво, без напора и дешёвого театра. Он заезжал за Мариной в её студию ландшафтного дизайна, привозил кофе на объекты, когда она работала без передышки, помнил имя её единственной близкой подруги. Для Марины, выросшей без отца и слишком рано оставшейся совсем одной, такая забота казалась почти подарком судьбы.
Но этим утром, едва они успели сделать по несколько глотков кофе, раздался звонок в дверь. На пороге стояла Тамара Викторовна — властная женщина в тяжёлом пальто, с огромной сумкой в руке. От неё тянуло густым запахом дешёвых духов.
— Решила посмотреть, как тут мои молодые обживаются! — громко объявила свекровь и прошла в прихожую, даже не подумав разуться.
Её визита ждали только в конце месяца. За весь год знакомства Марина видела мать Дмитрия всего трижды. О семье он говорил неохотно, отвечал коротко и общими словами. Однако утренняя гостья оказалась ещё неприятнее, чем можно было представить. Тамара Викторовна придирчиво прошлась по квартире, заглянула в каждый угол, пощупала шторы, открыла гардеробную и как бы между прочим спросила, на чьё имя оформлено жильё.
Потом она попросилась в ванную и задержалась там настолько надолго, что это показалось странным. Когда дверь за свекровью наконец захлопнулась, Марина с облегчением выдохнула. Она решила убрать свадебные подарки: конверты с деньгами и массивный золотой браслет, который подарила крестная. Пододвинув пуфик, Марина поднялась на него и потянулась к верхней полке в гардеробной, туда, где ночью они с мужем спрятали небольшую металлическую шкатулку.
Полка была пустой.
Дмитрий тогда заметно занервничал и начал суетливо метаться возле шкафов, будто пытался срочно найти объяснение исчезновению.
