Официант вернулся к столу с кожаной папкой, где лежал счёт, а гости всё ещё переговаривались и смеялись, будто вечер только начинался.
Ирина Андреевна заняла место во главе стола с таким видом, словно праздник был устроен именно ради неё. Максим неторопливо доедал горячее, Кирилл втолковывал брату, что в подобных заведениях «понимают, как надо красиво жить». Блюда выбирали без остановки и без единого взгляда на цены: просили принести ещё рыбу, ещё сырную тарелку, ещё один десерт «для всех». Хотя Алина с самого начала ясно сказала: годовщину они с Дмитрием собирались провести вдвоём.
Ресторан располагался в старинном купеческом особняке на набережной. За окнами уже густела темнота над Волгой, дождевые струйки ползли по стеклу, а внутри пахло запечённой уткой, вином и дорогими ароматическими свечами. Это место Алина забронировала ещё месяц назад. Она представляла себе небольшой столик у окна, спокойный разговор, вечер без телефонов и без привычного: «Перекинь пока, потом сочтёмся».
Но Ирина Андреевна приехала не одна. Вместе с ней явились сыновья, их жёны, муж и сестра Лидия Викторовна. В качестве подарка они вручили складную автолюльку в потрёпанной коробке; сбоку на картоне остался след от старой чужой этикетки. При этом свекровь сияла так, будто преподнесла не бывшую в употреблении вещь, а ключи от новой квартиры.
Алина молча взглянула на Дмитрия. Тот виновато улыбнулся и тихо пробормотал, что теперь как-то неловко просить людей уйти, раз они уже приехали.
Папку официант положил перед Дмитрием. Не заглядывая внутрь и даже не повернувшись к жене, он привычно подвинул её Алине. И в этот момент внутри у неё всё странно выровнялось и остыло. Не вспыхнуло злостью, не сжалось обидой — просто стало холодно и ясно, как стакан, который наконец поставили на место.
— Дим, это ваш счёт. За свой ужин я уже расплатилась.
Дмитрий раскрыл папку, быстро пробежал глазами итоговую сумму, и мягкое праздничное выражение сразу сошло с его лица.
— Здесь же общий счёт.
— Нет. Официант разделил заказы. Всё, что брала я, уже оплачено.
В первые месяцы после свадьбы Алине казалось, что ей невероятно повезло. Ирина Андреевна звала её доченькой, обнимала в прихожей, передавала банки с домашними маринованными огурцами. Для Алины такая забота была непривычной: родная мать обычно вспоминала о ней только тогда, когда снова не хватало денег. Работать Алина начала рано — сначала на складе, затем в отделе снабжения компании, занимавшейся переработкой рыбы. К тридцати одному году она уже привыкла полагаться прежде всего на себя.
