Кирилл, воспользовавшись тем, что все взрослые сцепились у праздничного стола, незаметно подтянул к себе папку Софии. Он хотел вытащить из неё какой-то лист, ухватился за край, резко дёрнул — и вместе с этим задел соусник. Тяжёлая посудина опрокинулась прямо на папку, и густой жирный брусничный соус расползся по рисункам алыми пятнами.
— Мой проект! — вскрикнула София и кинулась к столу.
Листы, над которыми девочка просидела почти три месяца, готовя работу на конкурс, были залиты липкой красной массой. Краски поплыли, бумага покоробилась. Спасти уже ничего было нельзя.
— Ну конечно, довели ребёнка своими страшилками, вот у него руки и задрожали! — мгновенно перешла в наступление Тамара Петровна. — Велика беда, какие-то каракули! Ещё нарисует! А вот рубашку Кириллу вы теперь обязаны купить новую, он из-за вашей скатерти весь испачкался!
София всхлипнула, закрыла лицо ладонями и выбежала из комнаты. Дмитрий поднялся из-за стола. Лицо у него стало почти белым, а на скулах нервно заходили желваки.
— Вон, — произнёс он негромко.
— Что? — Виктория застыла, так и не донёсши кусок мяса до рта.
— Вон из моего дома. Все трое. Сейчас же.
— Дмитрий! Ты родную мать выгоняешь?! — Тамара Петровна театрально схватилась за грудь и закатила глаза. — Ой, сердце прихватило! Марина, корвалол быстро!
— Корвалола у меня нет, — ровным голосом ответила Марина, скрестив руки на груди. — Зато есть одна прекрасная новость. Я собиралась оставить её к десерту.
Она подошла к серванту, открыла дверцу и достала оттуда аккуратный красивый конверт.
— Виктория, ты ведь недавно жаловалась, что у тебя просрочка по кредиту и коллекторы уже телефон обрывают?
Глаза золовки тут же вспыхнули жадным интересом.
— Ну? И что? Решили всё-таки помочь?
— Мы с Дмитрием это обсуждали, — Марина медленно повертела конверт в пальцах. — Хотели подарить тебе двести тысяч. Чтобы ты закрыла долги и хотя бы полгода нас не трогала. Дмитрий даже наличные снял.
Виктория подалась вперёд так резко, что чуть не задела локтем салатницу. Тамара Петровна, ещё секунду назад умиравшая от сердечного приступа, внезапно выпрямилась и оживилась.
— Вот видишь, Мариночка! — сладко протянула она. — Родная кровь всё равно своё берёт. Давай сюда, нам как раз очень…
— Но, — спокойно перебила её Марина, — после этого чудесного самовара, найденного неизвестно где… После того, как вы испортили труд моей дочери… И особенно после того, как я услышала ваши требования забрать у Софии компьютер…
Она с явным удовольствием повернулась к сейфу и убрала конверт внутрь.
— Ты что творишь?! Ненормальная! — взвизгнула Виктория, вскакивая со стула. — Это же наши деньги!
— Нет, — жёстко сказал Дмитрий, подходя к жене и обнимая её за плечи. — Это не ваши деньги. Это цена вашего отношения к нам. Завтра София пойдёт в лучшую художественную школу города. В платную. Именно на эти деньги. А Кирилл пусть играет тем, что у него уже есть.
— Вы ещё пожалеете! — прошипела Тамара Петровна, хватая свою шляпку. — Ноги моей здесь больше не будет!
