Марина стояла возле массивной колонны, рядом с большой кадкой, из которой уныло торчала запылённая пальма, и сжимала в пальцах бокал с минералкой. В просторном зале было душно от яркого освещения, тесно от непрерывного гула голосов и почти невыносимо от чужой значительности. Сюда пришли не столько праздновать юбилей торговой группы, сколько демонстрировать связи: кто кому может пожать руку, кто имеет право подойти без приглашения, а кому остаётся скромно ждать, пока его заметят.
Дмитрий заранее попросил её выбрать тёмное платье, обойтись без украшений и, главное, не заговаривать с его руководством первой. Дома, стоя перед зеркалом, он произносил это мягким тоном, почти заботливо, но в этой мягкости Марина слышала холодное пренебрежение — такое, с каким кассир отодвигает в сторону мелкую монету.
— Марина, ты хорошая женщина, — сказал он тогда, застёгивая новые запонки. — Просто там люди другого круга. Будь рядом и не создавай лишних ситуаций.
Теперь Дмитрий находился на противоположной стороне зала. Стройный, уверенный, в костюме, купленном в кредит «ради будущего роста». Возле него стояла Кристина из отдела партнёрских программ. Она смеялась, наклоняясь к нему неприлично близко, а его рука лежала у неё на спине так естественно, словно давно знала это место. Марина смотрела даже не на Кристину, а именно на эту ладонь. Ревность уже не обжигала. Вместо неё внутри поднялось другое — тяжёлое, взрослое, почти унизительное осознание: дело было не только в романе на стороне. Муж стыдился её.
К их компании приблизился седовласый мужчина с худым лицом и внимательным, цепким взглядом. Марина узнала его мгновенно. Когда-то он часто приезжал к её отцу на склад, пил чай из гранёного стакана и в шутку называл её «дочкой хозяина», потому что она, ещё совсем девчонкой, умела молча сидеть рядом со взрослыми и запоминать самое важное. Мужчина задержал на ней взгляд, нахмурился и сделал шаг в её сторону.
Дмитрий тоже это заметил. На секунду его лицо стало пустым, будто с него стёрли выражение, но почти сразу появилась привычная служебная улыбка. Он мог сказать правду. Мог просто представить её женой. Мог хотя бы промолчать, позволив Марине самой назвать себя. Вместо этого он небрежно махнул рукой — так отмахиваются от человека, который случайно оказался не там, где ему положено быть.
— А, это Марина, — произнёс он достаточно громко, чтобы услышали стоявшие рядом. — Не обращайте внимания. Она у нас сегодня вроде помощницы по хозяйственным мелочам. Простая женщина, попросилась посмотреть юбилей изнутри. Для неё всё это в новинку.
Кристина прикрыла губы пальцами, но улыбку спрятать не сумела. Несколько гостей обернулись. Бокал в руке Марины едва заметно дрогнул, и минеральная вода ударилась о стекло маленькой светлой волной.
— А вот Кристина, — Дмитрий придвинул спутницу ближе к себе. — Наш новый специалист. Без неё я бы последний проект точно не вытянул. Можно сказать, моя правая рука.
Кристина опустила глаза, нарочно выставив вперёд тонкое кольцо на безымянном пальце. Марина это кольцо знала. За месяц до юбилея Дмитрий устроил скандал из-за лишней пачки творога в пакете с продуктами, а спустя несколько дней она случайно нашла в его пиджаке чек из ювелирного отдела. Тогда Марина ещё пыталась убедить себя, что подарок куплен для неё. На годовщину свадьбы он преподнёс ей набор полотенец.
Седой мужчина теперь смотрел уже не на Дмитрия, а на Марину. В его глазах было узнавание и молчаливый вопрос. Марина аккуратно поставила бокал на край ближайшего стола, одёрнула рукав платья и направилась к сцене. Она шла ровно, без спешки, не делая ни одного резкого движения. Мимо официанта с подносом, мимо директоров, мимо Кристины, которая внезапно перестала улыбаться. Дмитрий не сразу понял, что происходит. А когда понял, шагнул следом, но уже опоздал.
На сцене ведущая как раз объявляла о награждении лучших сотрудников. Марина поднялась по боковой лестнице и остановилась рядом с ней. Девушка с микрофоном растерянно посмотрела на незнакомку, словно не могла сообразить, гостья перед ней или кто-то из организаторов.
— Можно? — спокойно спросила Марина.
В одном этом коротком слове прозвучала такая уверенность, что ведущая невольно отступила и протянула ей микрофон.
— Добрый вечер, — произнесла Марина, глядя в зал. — Меня зовут Марина. Несколько минут назад мой муж представил меня здесь как прислугу без формы. Почти как часть интерьера.
Кто-то в зале неловко хмыкнул, но смешок тут же оборвался. Дмитрий застыл у первой ступени сцены. Его губы побелели.
— Марина, отдай микрофон, — сказал он тихо, но техника уловила каждое слово.
Она посмотрела на него. Именно таким он и был последние два года: указывал, поправлял, объяснял, где её место, требовал благодарности за собственное снисхождение. Когда они только познакомились, Марина очень хотела верить, что перед ней совсем другой человек. После тяжёлой болезни отца на её плечи легло управление семейным делом.
