— Он, значит, не уточнил, что квартира, в которой он сейчас живёт, оформлена на меня? — ровным голосом произнесла Наталья и удобнее перекинула через плечо ремень спортивной сумки.
Стоявшая перед ней девушка растерянно захлопала ресницами. Всего мгновение назад она держалась у стойки фитнес-клуба так уверенно, будто уже мысленно въехала в новую счастливую жизнь и ожидала, что окружающие уступят ей дорогу. Теперь же она смотрела на Наталью с таким видом, словно та вдруг заговорила на совершенно чужом языке.
— Как это… на тебя? — с трудом выговорила она.
— Самым обычным образом. Квартира моя. Она была моей ещё до брака с Дмитрием и после свадьбы так и осталась моей собственностью. А он сейчас всего лишь временно занимает там одну комнату.
Девушка медленно опустила руку с телефоном. Экран всё ещё светился открытой перепиской. Наталья успела заметить имя мужа и несколько нежных фраз, но вчитываться не стала. Ей и без того хватило того, что за последние минуты прозвучало вслух.
— Подожди… — девушка коротко, нервно усмехнулась. — Ты это сейчас нарочно сказала? Чтобы меня уколоть?
Наталья слегка наклонила голову, разглядывая её спокойно и почти с любопытством.
— С чего бы мне тебя задевать? Я вижу тебя впервые.
Они стояли в просторном холле фитнес-центра. Где-то хлопали дверцы шкафчиков, мимо проходили люди с бутылками воды и полотенцами, администратор за стойкой старательно делала вид, что полностью поглощена экраном компьютера. Обстановка была до странности обычной для разговора, после которого у одной женщины рушилась семья, а у другой — красивая сказка о мужчине с собственной квартирой и скором общем будущем.
Ещё месяц назад Наталья понятия не имела, как выглядит та, из-за которой Дмитрий решил поставить точку в их двенадцатилетнем браке.
Она знала только имя — Валерия.
Выяснилось всё случайно. Однажды Дмитрий оставил телефон на кухонном столе, а сам ушёл в ванную. Экран внезапно вспыхнул от нового сообщения: «Когда ты уже окончательно переедешь? Я устала ждать».
Наталья тогда не стала кричать. Даже телефон не взяла в руки. Просто перевела взгляд с короткой фразы на закрытую дверь ванной — и впервые за долгие годы увидела мужа не родным человеком, а мужчиной, который давно ведёт параллельную жизнь и почему-то уверен, что всех ловко обманывает.
В тот же вечер Дмитрий сам заговорил первым.
Он сел напротив, долго мял в пальцах салфетку, будто собирался с духом, а потом наконец произнёс:
— Наташ, я встретил другую женщину.
Судя по его лицу, он ждал истерики, слёз, уговоров, вопросов «как ты мог». Наверное, заранее примерил на себя роль благородного виновника, который никому не хотел причинять боль, но оказался бессилен перед чувствами.
Наталья лишь спросила:
— Давно?
Дмитрий поморщился, будто неудобно от этого вопроса стало не ей, а именно ему.
— Какая теперь разница?
— Для меня есть.
— Полгода, — ответил он после паузы, явно неохотно.
Наталья медленно кивнула. Лицо обдало жаром, пальцы сами вцепились в край стола, но голос не дрогнул.
— Ясно. Тогда собирай вещи.
Дмитрий сразу оживился, будто именно этого поворота и боялся, и одновременно надеялся избежать.
— Я всё понимаю. Правда. Но мне нужно немного времени. Я не могу уйти прямо сегодня. Валерия сейчас живёт у подруги, там тесно. Я подыщу жильё, сниму что-нибудь, всё решу…
— Сколько?
— Две недели. Ну, максимум три.
Наталья посмотрела на него внимательно, без злости, но так, что он невольно выпрямился.
— Будешь спать в маленькой комнате. В нашу спальню не заходишь. Мои вещи не трогаешь. Еду себе готовишь сам. И ищешь, куда съехать.
Дмитрий быстро закивал.
— Конечно. Я же не враг тебе. Давай спокойно, по-человечески. Цивилизованно.
Ему очень хотелось, чтобы расставание выглядело именно так: прилично, сдержанно, без скандалов и грязных подробностей. Чтобы потом можно было рассказывать знакомым, какой он честный человек: сам признался, сказал всё прямо, никого не водил за нос.
Только к настоящей правде эта удобная версия имела весьма слабое отношение.
Поначалу Дмитрий действительно изображал активные поиски. Вечерами он сидел с ноутбуком, листал объявления, кому-то звонил из своей комнаты, обсуждал варианты. Но довольно скоро Наталья заметила: дни идут, а спешки в нём становится всё меньше.
Он покупал продукты так, будто собирался прожить здесь ещё не одну неделю. Заказывал доставку, спокойно пил по утрам кофе на кухне и однажды даже спросил будничным тоном:
— Наташ, ты не видела мою синюю кружку?
Она подняла на него глаза.
— Она осталась в той жизни, где ты ещё считал себя здесь хозяином.
Дмитрий замер перед открытым шкафчиком.
— Ну зачем ты так?
— А как, по-твоему, надо?
Ответа у него не нашлось.
Через неделю он впервые попробовал перейти новую границу.
— Можно Валерия заедет? Буквально на пять минут. Я только документы ей передам.
Наталья стояла у раковины. Она обернулась так резко, что Дмитрий инстинктивно отступил на шаг.
— Нет.
— Почему?
— Потому что это моя квартира.
— Наташ, ну не начинай…
— Я сказала: нет.
После этого он больше не решался заводить подобный разговор. Зато стал чаще исчезать вечерами и возвращаться почти ночью. Наталья не спрашивала, где он был. Её уже не интересовали передвижения человека, который оставался под её крышей лишь потому, что она не хотела превращать расставание в дешёвую перепалку.
Но однажды ей всё же пришлось узнать больше, чем хотелось.
После работы Наталья приехала в фитнес-центр. Она ходила туда давно: плавала в бассейне, занималась на тренажёрах, иногда заходила в сауну. После месяца постоянного напряжения ей особенно хотелось хотя бы ненадолго выдохнуть, разложить мысли по местам и провести час без звуков Дмитрия за стеной.
У стойки ресепшен она уже доставала абонемент, когда рядом прозвучал женский голос:
— Я скоро, наверное, вообще сюда перееду, в этот район. У Димы квартира неподалёку, большая, светлая, с огромными окнами. Он сейчас развод дооформит, и я туда переберусь.
Наталья не сразу повернулась.
В городе могло быть сколько угодно Дим.
Но девушка продолжила, и каждое следующее слово становилось всё отчётливее:
— Он такой смешной. Говорит, бывшая никак не смирится, что всё закончилось. Даже из квартиры не съезжает, хотя там уже давно всё понятно.
У Натальи едва заметно дрогнула бровь.
Она медленно повернула голову и посмотрела на говорившую.
У стойки рядом с подругой стояла молодая женщина лет тридцати. Яркая, ухоженная, уверенная в себе. На запястье блестел тонкий браслет, губы были тронуты лёгкой победной улыбкой — такой, какая появляется у человека, уверенного, что главный приз уже у него в руках.
— Валерия? — спокойно спросила Наталья.
Девушка обернулась.
— Да. А мы знакомы?
