Наверное, этот номер был как-то спрятан в телефоне или сохранён так, что сразу его было не найти.
Диана глубоко выдохнула. Ещё раз посмотрела на циферблат, потом подошла к окну и несколько секунд смотрела вниз, на улицу. Лицо её сначала стало напряжённым, брови сошлись к переносице, но постепенно выражение изменилось. Взгляд прояснился, в нём появилась твёрдость.
Она вернулась к столу, взяла мамин телефон и, немного помедлив, набрала короткий ответ незнакомому мужчине:
«Встреча состоится. Я буду вовремя».
После этого Диана начала собираться.
………………….
Мужчину, с которым должна была встретиться её мать, Диана узнала почти сразу. Вернее, сначала она узнала в нём черты того самого мальчика, чьи инициалы когда-то были записаны у Оксаны Юрьевны и которого Диана потом нашла в социальной сети. Сходство было слишком явным, чтобы принять его за случайность.
Он стоял у входа и заметно нервничал. То смотрел на часы, то всматривался в лица прохожих, то оборачивался, будто боялся пропустить кого-то важного. Его взгляд на мгновение скользнул по Диане и уже ушёл дальше, но вдруг вернулся. Мужчина пристально посмотрел на неё, его глаза расширились, а на лице мелькнуло замешательство. Однако он быстро взял себя в руки, и выражение его снова стало сдержанным.
Диана подошла ближе.
— Здравствуйте, — тихо произнесла она.
— Здравствуйте, — ответил он, не отводя от неё взгляда. — А где Оксана Юрьевна? С ней что-то случилось? Она заболела?
Он старался говорить спокойно, но в голосе всё равно слышалась тревога.
Диана отрицательно покачала головой. Она думала, что выплакала все слёзы, но в эту секунду они снова подступили к глазам.
— Всё гораздо хуже, — с трудом сказала она.
Мужчина медленно прикрыл веки, словно заранее понял ответ, и тяжело выдохнул. Потом открыл глаза и негромко предложил:
— Давайте зайдём внутрь. Присядем. Вы мне всё расскажете.
Диана молча кивнула.
Они сели в кафе за столик у окна. Некоторое время Диана не могла начать, но потом слова сами потекли одно за другим. Она рассказала, как заболела её мама, как быстро болезнь отняла у неё силы, как надежда сменялась страхом, а страх — бессилием. Говорить об этом было больно, но почему-то именно этому незнакомому человеку она смогла изложить всё почти без утайки.
Когда она замолчала, между ними повисла тяжёлая пауза. Диана вытерла глаза салфеткой и наконец спросила то, ради чего пришла:
— Кто вы? И кем вам приходится Марк Павлович?
Мужчина посмотрел на неё внимательно, будто решая, имеет ли право произнести правду вслух.
— Марк — мой сын, — сказал он. — И твой брат.
Диана застыла.
— Нет… Такого не может быть, — выдохнула она.
— Почему же? — мужчина грустно усмехнулся. — Мы с Оксаной знали друг друга ещё со студенческих времён. Дружили, были очень близки. Потом она вышла замуж за твоего отца, позже они расстались. Я оказался рядом, поддерживал её… слишком настойчиво, наверное. Так и получилось, что она забеременела.
Он ненадолго умолк, будто собираясь с силами.
— Она меня не любила, — продолжил он. — Не так, как я её. Быть со мной она не хотела и честно говорила об этом. А я любил. Очень. Я уговаривал её родить ребёнка и передать его мне. Обещал, что уеду, что исчезну из её жизни и больше никогда не стану напоминать о себе. Она согласилась. Сделала то, о чём я просил. А я выполнил своё обещание.
Диана слушала, почти не дыша.
— Ты тогда была совсем маленькой, — добавил он. — Ты просто не могла ничего запомнить. Но полностью связь мы не оборвали. Я иногда приезжал сюда вместе с сыном. Марк знал Оксану, общался с ней, но считал её тётей. Он не подозревал, что она его мать.
Мужчина опустил взгляд на свои руки.
— Позже она просила, чтобы я вернулся сюда с Марком. Хотела, чтобы мы жили рядом… может быть, даже вместе. Я говорил, что подумаю, обещал приехать окончательно, но каждый раз находил причину отложить. Мне казалось, что рядом со мной она всё равно не будет счастлива.
Он замолчал. Диана не торопила его.
Спустя несколько секунд мужчина тихо произнёс:
— Возможно, я ошибался.
………………….
В тот день Диана долго бродила по улицам своего района, почти не разбирая дороги. Она шла мимо знакомых домов, магазинов, дворов, где всё выглядело так же, как раньше, но внутри у неё будто сместилось что-то важное. Мир остался прежним, а её прошлое вдруг оказалось совсем не тем, каким она его представляла.
Несколько раз она доставала телефон, собираясь позвонить Кире и рассказать ей всё, что услышала от маминого давнего друга. Палец уже зависал над кнопкой вызова, но Диана каждый раз убирала телефон обратно в сумку.
Теперь она знала тайну Оксаны Юрьевны. Поняла, что мать была куда сложнее и глубже, чем казалось дочерям. И кто мог поручиться, что это последнее открытие? Может быть, впереди скрывались другие истории, другие имена, другие ответы, к которым Диана вовсе не была готова.
— Пусть Кира сначала разберётся со своей собственной жизнью, — тихо сказала она себе. — А об этом… я расскажу ей потом. Когда-нибудь. Или, может, вообще не расскажу.
Диана достала из сумки мамин телефон, посмотрела на потемневший экран и выключила его окончательно.
Ей показалось, что сейчас это единственное правильное решение. С бумагами она уже разобралась. А открывать новые тайны матери больше не хотела.
