— Юля, ты когда собираешься приехать? На этих выходных нам тебя ждать? — осторожно спросила Наталья.
В трубке повисла пауза. На заднем плане бубнил телевизор, кто-то смеялся, доносились обрывки посторонних голосов.
— Мам, я пока не могу сказать точно.
— Как это не можешь? Ты ведь обещала. У папы через неделю день рождения. Мы тебя почти год толком не видели.
— Мам, только не начинай, пожалуйста.
— Опять что-то случилось?
Юлия устало выдохнула, словно сам разговор вытягивал из нее последние силы.
— Жанна Павловна попросила меня помочь на даче. Там урожай, закрутки, уборка. Я еще на прошлых выходных ей пообещала.
— Жанна Павловна? Снова она? А отец, значит, пусть подождет?
— Мам, я не могу все бросить из-за одного дня. Приеду потом, обязательно. В конце концов, день рождения — это просто дата. Передай папе, что я его поздравляю.
— Юля, ты послушай…
Но вместо ответа Наталья услышала короткие гудки.
Она медленно опустила телефон на колени и перевела взгляд на Владимира. Муж лежал на диване, укрывшись пледом почти до подбородка. Третий день ему было нехорошо, и будить его Наталья не решилась. Только как потом сказать человеку, который месяцами ждал этого семейного вечера, что у собственной дочери опять нашлись дела важнее родного отца?
А ведь прежде Юлия была совсем иной.
Два года назад она вышла замуж за Андрея, и поначалу все складывалось мирно. Первый год их брака казался Наталье почти идеальным: молодые часто приезжали, садились вместе за стол, шутили, рассказывали новости, иногда все вместе выбирались в кафе. Наталья тогда искренне радовалась — ей казалось, что дочь устроила свою жизнь спокойно и счастливо.
Но потом к молодым перебралась свекровь.
С того дня Юлию будто заменили. Звонки стали редкими и короткими, а в каждом разговоре неизменно всплывало одно и то же имя. Жанна Павловна сказала. Жанна Павловна попросила. Жанна Павловна расстроится, если сделать не так, как ей хочется. Любое желание свекрови дочь выполняла без тени сопротивления, зато на просьбы родной матери мгновенно находила десяток причин для отказа.
Как-то раз Наталья с Владимиром приехали к дочери в гости. Дверь им открыла не Юлия, а сама Жанна Павловна — в домашнем халате, с таким выражением лица, будто именно она была здесь единственной и законной хозяйкой.
За ужином Юлия крутилась вокруг свекрови без передышки: подкладывала ей лучший кусок, подливала чай, ловила каждый ее взгляд и чуть ли не угадывала желания заранее. О собственных родителях за весь вечер она вспомнила всего пару раз — да и то вскользь, между делом.
