— Оксана, выйди, пожалуйста, в коридор и перестань выставлять меня в нелепом виде перед нормальными людьми, — Диана говорила негромко, однако в утренней тишине салона каждое слово прозвучало резко и сухо, будто щёлкнули лезвия профессиональных ножниц. — Антон дома даст тебе пару гривен на кофе. А это, между прочим, студия премиального уровня, а не бесплатная столовая для бедной родни.
В кресле у круглого зеркала с мягкой подсветкой сидела постоянная клиентка Дианы — супруга местного застройщика. Она смущённо перевела взгляд на отражение Оксаны и тут же сделала вид, будто её целиком занимают только ногти и свежий глянцевый блеск покрытия. Молодая помощница возле мойки для волос застыла с душевой насадкой в руке, даже воду выключить побоялась.
Оксана стояла рядом со стеклянной стойкой администратора. На ней было лаконичное тёмное пальто, графитовый шерстяной шарф и кожаные перчатки без единой лишней детали. В руках она держала плотный коричневатый конверт из крафтовой бумаги. Внутри лежали квартальные налоговые документы и досудебная претензия от поставщика итальянской краски для волос.
Она даже бровью не повела. За четыре года брака с Антоном Оксана успела привыкнуть: его младшая сестра жила словно в отдельной реальности. В этой реальности Диана считала себя недооценённой иконой стиля, светской персоной и человеком, на котором держится весь бизнес. А Оксана, по её мнению, была всего лишь скучной бухгалтершей на удалёнке, которую старший брат взял в жёны из жалости.
— Я пришла сюда не за кофе, Диана, — ровно произнесла Оксана. — Мне нужны кассовые отчёты за октябрь и ноябрь. И пояснения по накладным.
Диана театрально выдохнула, положила тонкую металлическую расчёску на стеклянный столик и обернулась к клиентке с виноватой, почти светской улыбкой:
— Валерия, простите, пожалуйста. Родственники мужа — это иногда настоящее испытание. Некоторые люди годами сидят на шее у моего брата, сами заработать не способны, зато запросы у них растут с каждым днём. Сейчас я провожу нашу гостью.
Она направилась к стойке уверенной походкой. На высоких каблуках, в чёрной шёлковой блузке с объёмными рукавами Диана выглядела так, будто салон, люди и само пространство вокруг подчинялись исключительно ей. Узкие брови сошлись к переносице, а в тёмных глазах читалось неподдельное презрение.
— Слушай внимательно, нахлебница, — прошипела она, наклонившись через стойку так, чтобы клиентка не разобрала ни слова. — Ты кем себя тут решила вообразить? Антон подарил мне этот бизнес, чтобы я росла и развивалась. Я здесь лицо студии, я бренд, без меня это место вообще ничто. Не лезь сюда со своими бумажками. Развернулась и вышла. Если будешь мешать мне работать, я брату всё скажу, и он быстро напомнит тебе, где твоё место.
Администратор Лариса, сидевшая за компьютером, заметно съёжилась и уставилась в клавиатуру, будто там внезапно появилось что-то невероятно важное.
Оксана молча смотрела на золовку. Внутри не было ни злости, ни желания спорить, ни потребности оправдываться. Оставалась только тяжёлая, вязкая усталость, копившаяся последние шесть месяцев, пока Антон уходил от любых прямых разговоров и отводил глаза за кухонным столом.
Три года назад у них не было почти ничего: съёмная двухкомнатная квартира на окраине города и мечта Антона когда-нибудь запустить собственное дело. Тогда умерла бабушка Оксаны, оставив ей маленькую однокомнатную квартиру возле старого парка. Оксана продала жильё и получила за него один миллион сто двадцать тысяч гривен.
«Оксан, давай вложимся в бизнес, — уговаривал её тогда муж, целуя пальцы. — Диана десять лет стрижёт на чужого дядю, клиентов уже собрала, руки у неё золотые. Снимем помещение на проходном месте, сделаем ремонт, купим нормальные кресла и оборудование. Оформим всё на тебя, ты же у нас финансист, будешь держать под контролем документы и деньги. А мы с сестрой будем работать без выходных».
Оксана поверила и согласилась. Только Антон почему-то не посчитал нужным объяснить сестре юридическую сторону вопроса. Он всегда любил произвести впечатление, поэтому родным преподнёс открытие салона как собственную победу: мол, выбил помещение, вложился, поднял дело и сделал подарок Диане. А жене повторял одно и то же: «Ну пусть она порадуется, тебе что, жалко? Главное ведь, чтобы деньги в семью шли».
Но деньги в семью не шли. За последние полгода Диана не перечислила на расчётный счёт ни одной гривны чистой прибыли, каждый раз ссылаясь то на дорогие материалы, то на спад клиентов, то на кризис. Зато в её блоге регулярно появлялись фотографии из загородных спа-отелей, завтраки в дорогих ресторанах и новые брендовые сумки.
— Лариса, — Оксана повернулась к побледневшей администраторше. — Распечатай, пожалуйста, текущий остаток по кассе и выгрузку по безналичным оплатам за сегодняшний день.
— Даже не вздумай ей ничего печатать! — сорвалась Диана. — Лариса, я тебя уволю прямо сейчас! Оксана, ты меня слышишь вообще? Вон отсюда!
— Диана Сергеевна, — тихо, но очень отчётливо сказала Оксана, — у вас есть тридцать минут, чтобы завершить стрижку клиентки. После этого студия закрывается на технический перерыв.
Она развернулась, вышла в холл торгового центра и опустилась на мягкий велюровый диван напротив стеклянных дверей салона. Затем достала телефон и набрала мужа.
Антон взял трубку только после пятого гудка. Голос у него был бодрый, деловой, будто он находился в самом центре важных строительных событий:
— Да, Оксаночка! Я на объекте, принимаю цемент. Что-то срочное?
— Приезжай в салон, Антон. Немедленно.
На другом конце связи повисла короткая тишина. Деловая уверенность из его голоса исчезла почти сразу.
— Зачем? Ты снова туда пошла? Я же просил тебя не трогать Диану. У неё сейчас непростой период, клиенты капризные, нервы на пределе…
— Если через двадцать минут тебя здесь не будет, я вызову полицию и опечатаю помещение, — тем же спокойным тоном ответила Оксана. — А ещё приму досудебную претензию от поставщиков косметики, которым твоя сестра задолжала сто тридцать шесть тысяч гривен. По договору, подписанному на моё имя.
— Оксана, подожди, ты что, с ума сошла?! Я еду. Уже выхожу к машине!
Через полчаса Валерия, клиентка Дианы, поспешно покинула студию и даже не посмотрела в сторону Оксаны. Следом вышла Диана, нарочито громко хлопнула дверью кабинета и остановилась у входа в салон, скрестив руки на груди.
— Ну и что ты здесь высидела? Кого дождаться решила? Думаешь, Антон тебя защищать станет? Да он меня с детства на руках носил, а ты для него просто временная женщина, не больше.
В этот момент со стороны эскалатора быстрым шагом появился Антон. Куртка у него была распахнута, лицо покраснело, на лбу блестели капли пота. Он почти подбежал к ним и, тяжело дыша, поднял ладони в примиряющем жесте.
— Так, тихо. Тихо обе. Что вы тут устроили на весь торговый центр?
— Антон! — Диана мгновенно изменилась в лице. Губы у неё задрожали так убедительно, словно её только что жестоко унизили. — Она ворвалась среди рабочего дня, опозорила меня перед лучшей клиенткой, обозвала воровкой и нахлебницей! Сказала, что закроет студию! Объясни уже своей жене, что она здесь никто и звать её никак!
Антон нервно потянул воротник рубашки, перевёл взгляд с сестры на жену и обратно.
— Оксан… Ну зачем при людях? Давай поедем домой, пообедаем, спокойно всё обсудим. Диана вспылила, ты же знаешь, она творческий человек, эмоциональная…
Оксана поднялась с дивана. Подошла к стеклянной двери, достала из кармана магнитный ключ и приложила его к замку. Раздался короткий щелчок, створка открылась.
— Заходите внутрь, — сказала она. — Оба.
Они вошли в опустевший зал. Лариса, улучив момент, почти бесшумно скользнула в подсобку. В воздухе смешивались запах дорогого лака для волос, кофе и свежевымытых полотенец.
Оксана подошла к стойке администратора, положила на стекло конверт и вынула из него пачку бумаг.
— Читай, Диана, — произнесла она и придвинула к золовке верхний лист.
Диана скривилась и бросила на документ неприязненный взгляд.
— Что это ещё? Договор аренды? И что с того? Антон его заключал!
— Посмотри внимательно на строку «Арендатор», — спокойно сказала Оксана.
Диана нехотя взяла лист. Её глаза скользнули по мелкому шрифту и остановились на данных: физическое лицо-предприниматель Павлова Оксана Михайловна, регистрационный номер, налоговые данные, расчётный счёт.
Лицо Дианы вытянулось.
— Антон… Это что значит? Почему здесь её фамилия?
Антон тяжело выдохнул, опустил глаза и начал тереть переносицу, явно избегая взгляда сестры.
— Диан… Так тогда было нужно. У меня другого выхода не было.
