Отсутствие детей действительно упрощало процедуру, однако расслабляться было рано.
— Обязана вас предупредить, — серьёзно произнесла Наталия Петровна, перелистывая записи, — в подобных ситуациях супруги нередко начинают в спешке переписывать имущество на близких. Нужно действовать быстро и собрать доказательства. У вас есть возможность получить выписки по совместным счетам?
Оксана на мгновение задумалась. В памяти всплыл недавний эпизод: всего неделю назад Олег просил у неё паспорт — якобы для оформления каких‑то налоговых послаблений по даче. Тогда она не придала этому значения, а сейчас внутри всё сжалось от нехорошего предчувствия.
— Боюсь, он уже что‑то оформил без меня, — тихо сказала она.
Адвокат понимающе кивнула и пояснила, что можно ходатайствовать о принятии обеспечительных мер — вплоть до наложения ареста на спорное имущество до окончания процесса. Оксана впитывала каждую фразу, словно студентка на экзамене. Когда она вышла из офиса, ей казалось, что впереди не развод, а настоящая битва.
В тот же вечер она наткнулась на первую улику. На кухонном столе лежала папка с бумагами по даче. Открыв договор купли‑продажи, Оксана увидела дату — позавчерашнюю. В графе «покупатель» значилось имя Тетяны Ивановны. Цена была указана смехотворная — в разы ниже рыночной стоимости. Руки дрожали, но она методично сфотографировала каждый лист и аккуратно вернула папку на место. Делать вид, что ничего не произошло, оказалось непросто — сердце колотилось так, что звенело в ушах.
На следующий день Оксана отправилась в банк, где у них с Олегом был общий счёт, и попросила детальную выписку за последние месяцы. Сотрудница долго проверяла данные в системе и наконец передала распечатанные страницы. Отойдя в сторону, Оксана стала внимательно просматривать цифры. Крупные суммы регулярно переводились на счёт Тетяны Ивановны с назначением «помощь по хозяйству». Ещё один перевод значился на имя Юлии — якобы «на ремонт». Горло перехватило. Пока она старалась экономить, муж выводил общие средства к родственникам.
Вернувшись домой, Оксана решила подстраховаться. Она включила на телефоне диктофон и оставила его на кухонном столе. Когда Олег вечером вошёл в квартиру, она спокойно, будто между делом, заговорила о даче.
— Мы в этом сезоне собираемся туда поехать? — спросила она нейтральным тоном.
— О какой даче речь? — отмахнулся он, снимая обувь. — Я её матери продал. Нам всё равно некогда там возиться, а ей хоть польза.
— Ты продал общее имущество без моего согласия? — уточнила Оксана, стараясь не выдать волнения.
— И что? — раздражённо бросил Олег. — Дача оформлена на меня. Значит, я вправе распоряжаться. К тому же ты туда почти не ездила. А мать — это семья.
Ей стоило огромных усилий сохранить спокойствие. Каждое его слово записывалось — и каждое подтверждало намеренное отчуждение совместно нажитого. На следующий день она посетила нотариуса, сделала копию аудиозаписи и официально её заверила. Оригинал документов по даче Оксана оставила на видном месте в гостиной, а копии передала подруге на хранение. Она понимала: если Олег обнаружит подозрения, он может попытаться уничтожить улики.
Опасения оправдались. Спустя два дня, вернувшись с работы, она заметила, что прежней папки нет. Зато на столе лежал новый договор — уже с подписью Оксаны в графе согласия на сделку. Подпись была грубо подделана. Олега дома не оказалось. Оксана быстро сфотографировала документ и сразу позвонила Наталии Петровне.
— Это серьёзное нарушение, — твёрдо сказала адвокат. — Подделка подписи — весомый аргумент в суде. Теперь у нас достаточно оснований изменить ход процесса.
Через неделю состоялось предварительное заседание. Оксана пришла в строгом костюме, с аккуратно собранной папкой доказательств. Олег появился вместе со своим представителем — молодым юристом в мятом пиджаке, который заметно нервничал. Тетяна Ивановна расположилась в первом ряду, демонстративно не сводя взгляда с невестки. Юлия тоже пришла, держа телефон так, словно готовилась фиксировать каждую деталь.
Судья — женщина средних лет с усталым, но внимательным взглядом — объявила начало заседания. Представитель Олега поднялся и начал говорить о возможности мирного урегулирования, однако его прервали.
— Предъявите документ, подтверждающий ваши полномочия, — спокойно потребовала судья.
Юрист передал доверенность. Судья внимательно изучала её несколько минут, затем подозвала секретаря. Они тихо обменялись репликами, просматривая бумагу под разными углами. В зале повисла напряжённая тишина. Наконец судья выпрямилась, подняла взгляд на присутствующих и приготовилась огласить своё решение.
