— Он собирается устроить мне сюрприз на празднике, — произнесла она тихо. — Хочет прилюдно объявить о разрыве и подсунуть мне бумаги.
— До смешного предсказуемо, — фыркнула Виктория, откидываясь на спинку кресла. — Давить на эмоции при полном зале, чтобы ты, растерявшись, подписала всё не глядя. Только этот стратег, похоже, забыл одну деталь: каким образом у тебя появилась квартира на набережной.
— Дед оформил на меня дарственную ещё за полтора года до свадьбы с Тарасом, — спокойно ответила Оксана.
— Вот именно. Это твоё личное имущество, приобретённое до брака. Никаких прав у него на него нет и быть не может.
— Он постоянно повторял, что вложился в ремонт: трубы менял, пол перестилал, — Оксана чуть нахмурилась. — Убеждал, что из‑за этого жильё автоматически становится общим.
— Классическая путаница в законах, — Виктория усмехнулась. — Косметика и даже капитальный ремонт не дают права на долю. Чтобы претендовать на квадратные метры, ему пришлось бы доказать, что он пристроил ещё один этаж. А вот с займами сложнее… Кредиты, оформленные в браке, обычно делятся пополам.
По позвоночнику Оксаны пробежал холод.
— Но только если деньги шли на семейные нужды, — тут же добавила подруга. — А у нас есть выписки, подтверждающие, что средства утекали к Дарине. Так что каждый взятый им гривен он будет возвращать сам.
Вечером без звонка заявилась Лариса Валерьевна. Свекровь влетела в квартиру с показной суетой, сунула Оксане дешёвый рулет «к чаю» и тут же принялась придирчиво осматривать комнаты, будто искала скрытые дефекты.
— Оксаночка, у вас плинтус отошёл, — протянула она, устраиваясь за кухонным столом. — Тарас столько сил вложил, когда всё тут обустраивал. И накопления свои тратил, не жалел.
Оксана неторопливо засыпала заварку в чайник, залила кипятком.
— Вы пришли с каким‑то конкретным разговором, Лариса Валерьевна? — ровным тоном спросила она.
— Я о будущем думаю, — театрально вздохнула свекровь. — Тарас обмолвился, что вы давно не проверяли документы на жильё. Времена неспокойные, мошенников полно. Может, стоит оформить собственность пополам? Так надёжнее. Он ведь вкладывался, имеет право.
Оксана наблюдала, как пальцы свекрови нервно мнут край скатерти. Попытка разведки выглядела жалко.
— Надёжнее всего, когда каждый владеет тем, что получил от своих родных, — она сделала глоток горячего чая. — Никаких переоформлений не будет. В этой квартире Тарасу принадлежат только его костюмы в шкафу.
Щёки Ларисы Валерьевны пошли пятнами. Она резко отодвинула чашку.
— Какая же ты холодная, Оксана! — процедила она, поднимаясь. — Мой сын лучшие годы на тебя потратил. Ничего, жизнь всё расставит по местам.
После её ухода в квартире стало непривычно тихо.
Дни до банкета Оксана прожила в образе безупречной супруги. Она забирала костюм Тараса из химчистки, поддерживала лёгкие разговоры за ужином, улыбалась его шуткам. Параллельно — аккуратно перевела свои сбережения на отдельный счёт и сложила в сумку папку с банковскими выписками и копией дарственной.
В день торжества небо затянуло тяжёлыми тучами, ветер гнал дождь по мостовой. Ресторан, который арендовал Тарас, поражал размахом: высокие потолки, плотные бархатные шторы, столы, заставленные закусками и бутылками вина. Официанты почти бесшумно лавировали между гостями, доливая в бокалы красное сухое.
Собралось около шестидесяти человек — её родня, коллеги мужа, несколько представителей его руководства.
В дальнем конце зала Оксана заметила эффектную блондинку в ярком платье. Та звонко смеялась и то и дело ловила взгляд Тараса. Муж представил её одному из директоров как «очень перспективного специалиста». Это была Дарина.
Неподалёку от столика Ларисы Валерьевны нервно переминался с ноги на ногу лысоватый мужчина с портфелем — Богдан, помощник Тараса. Оксана отметила эту деталь и медленно выпрямилась в кресле, готовясь к тому моменту, ради которого и был затеян весь этот спектакль.
