…через мою компанию. Второе условие: к стандартному гонорару добавляется пятьдесят процентов — за срочность и за необходимость исправлять чужие ошибки. И третье: никаких расчетов «домашними заготовками». Исключительно перевод на счёт. Предоплата — не позднее завтрашнего полудня.
— Ты серьёзно? — задохнулась Оксана. — Это же обдираловка! Мы ведь…
— Мы ведь семья, — спокойно перебила я, возвращая ей её же формулировку. — Именно поэтому я честно озвучиваю стоимость своей работы. Ты хотела специалиста? У специалистов есть цена. Если не подходит — ищите другого. Только помни: к утру арест могут ужесточить, и тогда речь пойдёт уже о конфискации. И тот задаток вам никто не вернёт.
В трубке повисла глухая пауза. Я почти видела, как на другом конце весы качаются между желанием сэкономить и страхом потерять всё.
— Ладно, — выдохнула она наконец. — Мы согласны. Тарас переведёт деньги. Но, Ольга… ты стала какой-то жёсткой.
— Нет, Оксана, — ответила я, закрывая папку с бумагами. — Я просто перестала путать родственные чувства с попытками воспользоваться мной. Жду подтверждение оплаты.
Работа оказалась куда объёмнее, чем они представляли. Вместо «пары вечеров» — две недели в архивах, судах и бесконечных переговорах. В итоге арест сняли, сделку признали действительной, а продавца обязали выплатить компенсацию за утаённые обременения. Дом остался за ними. Я же получила честно заработанный гонорар и наняла нормальную бригаду — не Тараса, разумеется — чтобы привести в порядок свою однокомнатную квартиру. Ремонт вышел таким, о каком я давно мечтала.
На ближайшее семейное застолье я пришла с бутылкой дорогого вина. Свекровь поджала губы, Оксана старательно делала вид, что занята салатом, Тарас бурчал что‑то про «слишком принципиальных юристов», а Максим вообще предпочёл молчать. Но меня это больше не задевало.
В разгар вечера Оксана оживлённо рассказывала гостям о новом доме и о том, как «удачно всё сложилось».
— Нам повезло, — щебетала она. — Всё-таки когда есть связи… Ольга помогла, по‑родственному.
Я сделала глоток вина и мягко улыбнулась.
— Разумеется, по‑родственному. Ведь прозрачные расчёты — лучшая основа для крепких отношений. Кстати, варенье у тебя в этом году отличное. Передай баночку — теперь я могу оценить его без скрытых условий.
Тарас поперхнулся, Максим отвёл глаза, а Оксана, вспыхнув, молча протянула мне малину.
В тот момент я окончательно поняла: уважение появляется не тогда, когда ты всё делаешь бесплатно, а когда твой отказ воспринимают всерьёз. Когда окружающие знают, что границы существуют и их не перепрыгнуть. В этом пространстве — без навязанных обязательств и бесплатных подвигов — дышится свободнее. И пусть пахнет там не цветами, а свежей типографской краской подписанных договоров, зато это запах спокойствия и собственного достоинства.
