Ольга без лишних вопросов дала ей контакт проверенного юриста, который занимался именно семейными спорами и разделом имущества.
Адвокатом оказалась худощавая женщина около пятидесяти лет, с внимательными, почти рентгеновскими глазами и спокойной манерой говорить. Она не перебивала Марию, пока та излагала ситуацию, а потом долго рассматривала распечатки документов, которые Мария принесла с собой.
— Ваш супруг, похоже, решил, что он самый хитрый, — наконец произнесла юрист, поправив тонкую оправу очков. — Схема старая и довольно примитивная: напугать вас долгами фирмы, спрятать настоящие активы, а деньги заранее вывести на родственников.
— И что я могу сделать? — ровным голосом спросила Мария.
— Ваши позиции очень сильные, — ответила адвокат. — Во-первых, обязательства его компании не являются вашими личными долгами. Фирма отвечает сама за себя. Во-вторых, половина его доли в бизнесе, если она приобреталась в браке, по закону относится к совместному имуществу. В-третьих, перевод трех миллионов двухсот тысяч гривен без вашего согласия — это уже серьезное нарушение. Такая сделка совершена в обход второго супруга. В суде можно требовать взыскать с него половину этой суммы, то есть около одного миллиона шестисот тысяч гривен. Плюс ваша доля в квартире. На фоне того, что он пытается спрятать, дача и машина выглядят мелочью.
Мария некоторое время молчала, глядя на аккуратно сложенные бумаги.
— Я не хочу годами ходить по судам, — сказала она наконец. — Мне не нужна половина его строительного бизнеса. Я не собираюсь разбираться в его объектах, подрядчиках и сметах. Скандалы мне тоже ни к чему. Я хочу получить достаточно, чтобы жить спокойно, и больше никогда не зависеть от Дмитрия.
— Тогда сформулируйте, чего именно вы добиваетесь, — адвокат чуть прищурилась.
— Квартира, — без колебаний ответила Мария. — Она стоит примерно шесть миллионов гривен. Дача с машиной вместе — около восьмисот тысяч. Три миллиона двести тысяч он уже вывел. Бизнес, если судить по оборотам, тянет еще примерно на четыре миллиона. Если я покажу ему, что знаю о переводах и могу поднять вопрос о его доле в компании, он быстро поймет: судебный процесс обойдется ему куда дороже. Я предложу ему простую сделку. Его часть квартиры переходит ко мне, а я не претендую на его бизнес и не предъявляю требований по выведенным деньгам.
Юрист посмотрела на нее уже с явным одобрением.
— Очень разумный ход. По сути, вы даете ему возможность выйти из ситуации с минимальными потерями. Если у него осталась хоть капля здравого смысла, он согласится. Мы подготовим не соглашение о разделе имущества, а проект брачного договора, потому что формально вы еще состоите в браке. По документу квартира полностью становится вашей, без каких-либо долей Дмитрия. А его фирма, счета, машина и дача остаются за ним. Внешне это будет выглядеть так, будто вы уступаете. Но фактически вы забираете самый понятный и надежный актив, а он остается один на один со своими долгами, схемами и партнерами.
Следующие два дня ушли на подготовку бумаг. Дома Мария была почти незаметной. Она готовила ужин, убирала со стола, спокойно мыла посуду и не заводила длинных разговоров. На вопросы отвечала коротко, без прежней резкости. Дмитрий наблюдал за ней и, очевидно, решил, что она сломалась. В его поведении даже появилась какая-то барская мягкость, похожая на жалость к человеку, который уже проиграл и смирился.
Среда наступила быстро. Вечером за окнами моросил неприятный мелкий дождь, капли монотонно стучали по стеклу. Дмитрий вернулся с работы почти довольный. Он уже снял для себя небольшую студию в центре, ближе к офису и к своей молодой помощнице, и мысленно давно поставил точку в их браке.
Он прошел на кухню, положил перед Марией ручку и аккуратно подвинул к ней два экземпляра своего соглашения.
— Ну что, Мария, время вышло, — сказал он с деловой уверенностью. — Давай без лишних сцен. Подписывай, завтра сходим к нотариусу, потом подадим заявление в ЗАГС. Разведут быстро: детей общих нет, спорить нам не о чем.
Мария опустила взгляд на бумаги. Потом посмотрела на мужа. Ее лицо оставалось спокойным, но что-то в нем изменилось. Исчезла растерянность, которой Дмитрий так привык пользоваться. В глазах появилась холодная твердость, от которой его самодовольная улыбка чуть дрогнула.
Она молча отодвинула его документы в сторону.
Потом взяла сумку, лежавшую на соседнем стуле, расстегнула замок и достала оттуда плотную синюю папку.
— В одном ты прав, Дмитрий, — произнесла она тихо. — Спорить нам действительно не о чем. Только подписывать мы будем не это.
Мария положила перед ним другой документ — подготовленный адвокатом проект брачного договора.
Дмитрий сначала нахмурился, не понимая, что происходит. Затем пробежал глазами первые строки, и его лицо начало меняться. Брови поднялись, челюсть напряглась.
— Это еще что такое? — резко спросил он. — Квартира переходит в твою личную собственность? Мария, ты вообще соображаешь, что пишешь? Я тебе, кажется, ясно объяснил и про долги, и про то, кто платил за все эти годы!
Он уже собирался повысить голос, включить привычный нажим, задавить ее напором, но Мария не отвела глаз и даже не вздрогнула.
— Сядь, — сказала она негромко.
В ее голосе было столько спокойной власти, что Дмитрий неожиданно для самого себя опустился на стул.
Мария раскрыла папку и вынула несколько листов. Она раскладывала их перед ним медленно и аккуратно, словно игрок, который наконец показывает выигрышные карты.
— Первое, — начала она. — Выписка из Единого государственного реестра юридических лиц. У твоей компании действительно есть кредиты. Но они оформлены на юридическое лицо, а не на меня лично. Я по ним не отвечаю. Зато, как супруга, имею право на половину твоей доли в уставном капитале. И если дело дойдет до суда, я потребую выделения этой доли. Как думаешь, твоим партнерам и банку понравится, если среди учредителей внезапно появится бывшая жена, которая захочет полный финансовый аудит за последние три года?
Дмитрий заметно побледнел. Губы сжались в узкую линию.
— Ты… ты не понимаешь, во что лезешь, — попытался он возразить, но голос уже звучал не так уверенно.
— Я аудитор, Дмитрий, — спокойно напомнила Мария. — И в таких вещах разбираюсь лучше, чем твой приходящий бухгалтер. Но это только начало.
Она положила поверх первого листа следующий документ. Это была распечатка банковского перевода.
— Второе. Шестнадцатого мая этого года. Перевод трех миллионов двухсот тысяч гривен на счет твоей матери.
