Следом налились мясистые перцы, зазеленели пучки укропа с петрушкой, на кустах потяжелели баклажаны — и у нашей родни окончательно включился режим заготовителей.
Появлялись они теперь не просто так, а с целым арсеналом: шуршащие пакеты из супермаркета, сумки, коробки. По участку проходили так, будто это не дача, а бесплатная овощная база.
— Ой, Илья, да что вы вдвоём со всем этим делать будете? — сладко ворковала Алина, без малейшего смущения срезая самые красивые баклажаны. — Всё равно пропадёт! А Андрей у нас овощи обожает. Заберём немного, чтобы добро зря не сгнило.
После их визитов в багажнике исчезали результаты наших бессонных вечеров и выходных, а мне оставались примятая ботва, пустые грядки и тяжёлое чувство полного абсурда.
Илья пытался возмущаться, но каждый раз натыкался на одинаковую сцену: обиженно сжатые губы, трагический взгляд и вечное:
— Мы же родные люди! Неужели тебе не совестно всё подсчитывать?
В какой-то момент я окончательно поняла: пытаться достучаться до совести тех, кто считает чужой труд своим естественным правом, — занятие бесполезное. Примерно как читать серьёзную лекцию табуретке и ждать, что она раскается.
Значит, нужен был не спор. Нужна была другая тактика. Тонкая, спокойная и желательно такая, чтобы их собственная наглость развернулась против них же.
В следующую пятницу они явились полным составом.
Сергей Иванович, как обычно, уверенно двинулся в сторону «своей» комнаты с видом на яблоню. Андрей уже вытаскивал из машины мангал, предвкушая отдых. А Алина, едва ступив на двор, оценивающе посмотрела в сторону теплицы.
Я вышла на крыльцо. Только в руках у меня была не лейка и не тяпка, а толстая папка с бумагами и рулетка. Улыбнулась я широко, почти празднично.
— Как замечательно, что вы приехали именно сегодня, дорогие мои! — объявила я таким бодрым голосом, будто собиралась проводить конкурс на детском празднике. — Вы прямо вовремя!
Все трое насторожились. Радостного приёма от меня они явно не ожидали.
— Раз уж мы всё лето живём здесь одной большой, дружной семьёй, — продолжила я, спускаясь с крыльца, — я подумала: как-то неправильно выходит, что все дела на участке тащим только мы с Ильёй. Вы ведь у нас не гости. Вы здесь почти хозяева. А у хозяев, как известно, бывают не только права на огурцы, но и обязанности.
Я раскрыла папку и деловито посмотрела в первый лист.
— Итак, план работ на выходные. Сергей Иванович!
Свёкор заметно вздрогнул.
— Вы же так любите комнату, окна которой выходят на яблоню. Только там обнаружилась неприятность: по стене пошла трещина, похоже, от фундамента. Придётся срочно откапывать траншею.
Я сделала небольшую паузу и мягко добавила:
— Лопаты я уже подготовила: и штыковую, и совковую. Земли там примерно три куба. Если не отвлекаться, к воскресенью вполне справитесь.
Сергей Иванович кашлянул, сник и как-то сразу утратил свой привычный командирский вид.
— Андрей, — я повернулась к деверю. — Для тебя тоже есть важное поручение. Завтра к шести утра привезут машину навоза. Шесть тонн. И с этим богатством, Андрей, придётся разобраться именно тебе.
