— Даже за неделю не справитесь, — продолжила Марина с прежней уверенностью, будто речь шла о самом разумном решении на свете. — Я уже своим девочкам из бухгалтерии написала. Завтра утром соберемся у меня на даче, посидим нормально, с деликатесами. Чего добру зря лежать?
Она произносила это так спокойно, что на секунду можно было подумать: женщина и правда не видит в происходящем ничего постыдного. Будто забрать чужой торт, алкоголь и оплаченные мной блюда — это не наглость, а хозяйственная предусмотрительность.
— Марина, — я подошла почти вплотную к распахнутому багажнику их кроссовера. Он действительно был набит коробками, пакетами и пластиковыми контейнерами до самого верха. — Ты без моего разрешения сложила в свою машину мой праздничный торт, гостевые подарки и дорогие блюда, за которые платила я. Сейчас все это так же аккуратно возвращается на ресторанную тележку.
В ту же секунду с ее лица исчезла маска заботливой родственницы. Улыбка слетела, взгляд стал колючим, а руки Марина вскинула так театрально, словно ее глубоко оскорбили.
— Вот это да! Какая черная неблагодарность! — завопила она на всю парковку. — Я, между прочим, весь вечер ради тебя бегала, помогала гостей рассаживать, следила, чтобы всем было удобно! Могла бы хоть чем-то отблагодарить родную сестру мужа за старания. Я тут почти сутки на тебя пахала, спины не разгибала, а ты за кусок торта для семьи удавиться готова!
Именно в этот момент на крыльце ресторана появился Дмитрий. Он остановился, быстро оглядел картину: открытый багажник машины Виктора, тележку с коробками рядом, раскрасневшуюся сестру и меня, стоявшую совершенно спокойно.
— Что тут происходит? — спросил он, нахмурившись и переводя взгляд с Марины на меня.
— Димочка, твоя жена устроила жуткий скандал буквально на пустом месте! — тут же перешла в наступление Марина, мгновенно добавив в голос обиженные, почти плаксивые нотки. — Из-за каких-то несчастных контейнеров с салатами! Я же хотела помочь, чтобы продукты в ресторане не пропали и не испортились!
Я повернулась к мужу без лишних эмоций.
— Твоя сестра самовольно забрала все нетронутые порции горячего, мой торт, весь подарочный алкоголь и коробки конфет. Персоналу она сказала, что я лично разрешила ей все это увезти. А нам с тобой, как выяснилось, великодушно оставила пакет с подсохшими огурцами и помидорами.
Дмитрий посмотрел на Марину уже совсем иначе. В его взгляде больше не было привычной мягкости, с которой он обычно относился к родственникам. Мой муж терпеть не мог мелочную жадность, но когда чужое присваивали под видом заботы и семейной близости, для него это всегда было границей, за которую заходить нельзя.
Он молча подошел к Виктору. Тот в этот момент усиленно делал вид, что его невероятно заинтересовал рисунок протектора на заднем колесе, и старательно не встречался ни с кем глазами.
— Виктор, заглуши двигатель и полностью открой багажник, — произнес Дмитрий ровно, но в голосе уже звенел металл. — Все коробки выгружаете обратно. До одной.
— Дмитрий, ты вообще в своем уме? — взвизгнула Марина, багровея от злости. — Ты правда собираешься верить жене, а не родной сестре? Мы уже все разложили, упаковали, уложили как надо!
Виктор только тяжело выдохнул. Ввязываться в ссору с шурином ему явно не хотелось. Он молча достал брелок, нажал кнопку, и крышка багажника плавно поднялась еще выше, окончательно открывая все содержимое.
— Ребята, — Дмитрий повернулся к официантам, которые растерянно замерли рядом с тележкой, — подойдите сюда, пожалуйста.
