Наталья Сергеевна взяла у него пакет, достала две небольшие шоколадки и протянула детям.
— По одной, а всё остальное оставим на потом. Бегите играть. Полина, присмотри, чтобы Егор не перемазался с ног до головы.
Её неожиданно тронуло, что Андрей Павлович обратился к ней просто по имени. От этого в груди стало теплее, и она, набравшись смелости, ответила уже иначе:
— Андрей, пойдём обедать.
Он вскинул на неё глаза, будто тоже уловил перемену, и тихо сказал:
— Сейчас. Только руки вымою.
Когда он вошёл на кухню, на столе уже стояли тарелки с горячим борщом. Не ресторанным, не наспех сваренным, а настоящим домашним — густым, ароматным, приготовленным с заботой.
Андрей Павлович попробовал первую ложку и замолчал. Потом вторую. Казалось, он на мгновение забыл обо всём. Лишь спустя несколько минут поднял взгляд и коротко кивнул:
— Спасибо, Наталья. Очень вкусно. Даже не вспомню, когда в последний раз ел что-то подобное.
Ей было приятно слышать эти слова. Особенно от мужчины, к которому она уже успела привязаться сердцем. Чтобы не выдать смущения, Наталья Сергеевна отвела глаза и спросила:
— Валерию нашёл?
Лицо Андрея Павловича помрачнело.
— Нашёл. В каком-то страшном месте… Я её сперва даже не признал. Когда видел в последний раз, она была другой: аккуратной, живой. А теперь…
— Где она сейчас?
Он помолчал, будто подбирал выражения осторожно, чтобы не сказать лишнего.
— Я оформил её в платную клинику. Лечение на девять месяцев.
— Ты правильно поступил, — спокойно произнесла Наталья Сергеевна.
Андрей Павлович больше не говорил. Он доел борщ, потом принялся за рис с котлетами. Видно было: человек привык решать вопросы приказами и действиями, но сейчас требовались совсем другие слова. А вот они никак не находились.
Наталья Сергеевна почти сразу поняла, что он хочет сказать. И ещё поняла: если не помочь, он обязательно ляпнет что-нибудь неуклюжее.
Так и случилось.
— Наталья, давай жить вместе, — вдруг произнёс он.
Она едва заметно улыбнулась. Сказано было совсем не то, что вертелось у него на душе.
— Андрей, ты сам понял, что сейчас предложил?
Он снова замолчал. Долго смотрел перед собой, а потом в его глазах вдруг вспыхнуло что-то светлое, радостное, будто он наконец услышал собственные мысли по-настоящему.
— Наталья, — сказал он уже твёрже, — давай проживём вместе всю жизнь.
В этот момент на кухню вбежали дети.
— Баба, кушать хочу, — важно заявил маленький Егор.
А Полина уже устроилась на коленях у дедушки, словно это место давно принадлежало только ей.
Минуло девять месяцев.
Всё это время Валерия находилась в клинике. Когда её туда привезли, март подходил к концу. Учреждение было хорошим, чистым, спокойным, но за его стенами текла совсем другая жизнь. Без неё прошло лето, затем осень, а потом пришла зима.
Каждое воскресенье к Валерии приезжали дядя Андрей и тётя Наталья. Они привозили детей — её детей. Полина и Егор выглядели весёлыми, ухоженными, счастливыми. Валерия смотрела на них и каждый раз чувствовала, как внутри смешиваются радость, стыд и надежда.
За эти месяцы у семьи многое изменилось. Андрей Павлович и Наталья Сергеевна официально расписались. Соседи, жившие в трёхкомнатной квартире на той же площадке, переехали, и Андрей Павлович выкупил их жильё. Потом начался большой ремонт: обновили все три квартиры, сделали проходы между ними, и теперь получилось огромное общее пространство.
Только Валерия не знала, найдётся ли в этой новой жизни место и для неё.
Она решила твёрдо: пить больше не станет. Устроится на работу. Будет рядом с детьми и заслужит их доверие заново — не словами, а делами.
Сегодня её выписывали.
Валерия заранее сложила вещи в сумку и долго стояла у окна, не отрывая взгляда от ворот. Наконец там остановилась машина дяди Андрея.
Она подняла сумку и вышла навстречу.
Лёгкий снег укрыл землю чистым белым покрывалом. Впереди был Новый год. И, возможно, совсем новая жизнь.
